— Не хотели? — насторожилась Минхе. — А теперь?
— Ты не просто не в состоянии обеспечить нашу безопасность, но и намеренно подвергла нас опасности. Мой долг оберегать господина, — дрогнувшим голосом сказала Джи-А. — Я буду просить его уехать. Здесь мы уязвимы. Мир большой. Мы затеряемся, и нас не смогут достать.
— Не говори глупостей! Здесь твой дом! — взорвалась глава Чон. — Я запрещу въезд на остров, если потребуется. Тебя здесь никто и пальцем больше не тронет!
— Ты бредишь, мама. Твой разум затуманен. Это очевидно всем, кроме тебя. Ты потеряла меня один раз по зову клана, повинуясь исторической справедливости. Сейчас можешь потерять второй раз, исключительно по своей глупости и гордыни.
Джи-А встала и вышла с гордо поднятой головой.
Сойе застряла между мирами. Она боялась упустить момент и не успеть помочь Арсу. Тело претерпевало трансформации и в таком состоянии могло не заметить несущественную мелочь вроде души.
Средоточие энергии и жизни слишком легко для простого смертного покидало скафандр. Даже Мин Юн прилагала для подобного больше усилий.
Голубь на груди парня вздрогнул, и ученица шаманки переключила все внимание на состояние пациента. Велик был соблазн заглянуть в его сон, и, если бы не чувство, что она может не проснуться, девушка непременно бы попробовала.
Арс попытался очнуться, сил вползти в эту реальность самому ему пока не хватало, и Сойе начала вытягивать его.
Мне протянули руку, я чувствовал, тому, кто это сделал, можно доверять, взялся без опаски, но хватка девичьей ладони хоть и была крепка, не смогла вытащить меня из вязкого болота забытья.
Я изо всех сил пытался проснуться, но не мог этого сделать, недосмотрев яркое видение. Оно, как часто бывает в грезах, казалось мне важным, а может, и было таковым в действительности. Странная реальность, работающая по совсем иным законам, околдовала меня, не позволяя вернуться в свою, настоящую.
Но я не боялся обессилить и не выплыть. Знал, что когда снова попытаюсь вынырнуть, мне опять протянут руку.
Дети, рожденные на пепелище мира, воспринимали демонов как норму. Но мы, старики, еще помнили времена, когда этого отродья не было на земле, когда цвели яблони и не мелели реки. Когда люди улыбались, не только, если удалось выжить, и не стать обедом адской твари.
Орда шла на Анклав, и он не успевал подготовиться к обороне. Падет Новаэрск, и всему миру точно конец. Поэтому и собрался совет, обсуждать что делать.
— По пути следования есть заброшенный городок ВестТаун, — сказал я. — Зачистим его и устроим там засаду. Перебьем дозоры. Противники вышлют усиленный штурмовой кулак. Откатимся, спрячемся, а затем развоплотим и этих. После аденыши отправят полноценный легион на устранение. Тогда наши основные силы отбудут в Анклав. Смертники останутся держать оборону.
— Думаешь, поможет? — озвучил общие сомнения Джейк, единственный из собравшихся у кого еще не было седины.
— Этим шагом мы, во-первых, выигрываем время в любом случае. С минимальными ресурсно-человеческими затратами, — терпеливо стал пояснять я. — Во-вторых, выбьем бесов ВестТауна. Они же как расходники. Демоны на них сильно рассчитывали при планировании похода. В-третьих, потреплем целый легион. В-четвертых, не дадим адским ублюдкам подготовиться нормально. Им придется либо откладывать штурм, либо брать Анклав с марша. Ну и в-пятых, у нас все равно нет иного выбора.
— И кто останется со смертниками? Нужен будет толковый командир.
— Я и останусь!
Вера была самым страшным оружием этого мира. Нам повезло. В отряде затесался святой старец. Только из-за него твари не смогли смять нас с наскока. Вместо пары часов мы держали оборону уже сутки. Легион прекратил попытки завалить нас мясом и ждал прихода архидемона.
Приближение этой твари, мы почувствовали заранее.
— Сейчас полезут, — заметил Инокентий. Именно так звали нашего спасителя. Он походил на сильно исхудавшего Сарумана, только в грязных одеждах.
Я покивал и дал сигнал подниматься. Мы сидели на крыше трехэтажного здания, стоящего на самом краю города. Наступать аденыши могли только по одной улице.
Бесов бросили в атаку. Мы даже патроны тратить не стали. Эту мелочь порубят мечники на первом этаже.
— Вот, ублюдки! — выругался я, за что Инокентий влепил мне подзатыльник.
Следом за бесами бежали обращенные. Люди, добровольное ставшие на путь превращения в адских тварей. Еще одни расходники.
— Нам нужно их оружие, — заметил я.
— Подпустите поближе, — сказал старец.
Обращенные бестолково палили из винтовок, заставляя осыпаться кирпичную крошку парапета и крошиться остатки стекол в окнах. Внизу уже был слышен вой и визг шинкуемых бесов. Полулюди хотели сунуться следом, но тут Иннокентий вскинул руку, и луч света озарил здание.
Обращенные стали корчиться в муках и потеряли сознание от боли.
— За мной! — гаркнул я, стравливая веревку, минуя этаж за этажом. Быстро схватил винтовку с тела первого попавшегося противника. Стянул перевязь с патронами и кобуру. Мы обшмонали тела, пока мечники дорезали их.
