Этот человек спонсировал школу Чеджу и университет, он как носорог пробил все бюрократические барьеры и добился открытия международного факультета. Результат вы все видели только что. Чеджу, маленький наш островок, теперь имеет свой спутник. Фантастика! Даже не у всех стран они есть. Как бы смешно не звучало, но он снял проклятье острова Муиндо и выплатил компенсацию многим людям, которые уже и не мечтали когда-либо выручить что-то с той земли. В ходе покупки плантаций он решил множество территориальных споров, вековых, прошу заметить. Он привез на остров легендарный род Юй, подстегнув развитие чайной отрасли, о Чеджу-чае теперь шепчутся по всему миру. Не смотря на то, сколько бы он мог зарабатывать, продавая его за баснословные деньги, приоритет покупки всегда у местных, по цене сильно ниже рыночной. Наш бренд крепнет, благодаря ему.
Он построил театр Вэй Бэй, и теперь наши дети и внуки имеют доступ к, не побоюсь этого слова, мировому шедевру. Мы проводим анкетирование, и очень многие туристы прибывают сюда со всех уголков планеты исключительно на это представление, это ли не чудо, дамы и господа. Казалось бы, чем еще может удивить человек, но теперь птицеводы по всему миру говорят о особой породе Чеджу-голубя, приезжают посмотреть на них и выстраиваются в очередь, что бы купить. И не смотря на всё это у него есть еще благотворительный фонд, много сил он вкладывает в очистку океана.
Но, конечно, это всё меркнет по сравнению с его ратными заслугами. Он многократно пролил кровь за Чеджу. Уничтожил самалийские кланы, под чьими флагами когда-то давно нас атаковал род Ито. Добил остатки враждебных кланов, не оставив от них камня на камне. Именно этим больше всего он заслужил нашу благодарность. Как сказала наша многоуважаемая шаманка Мин Юн, Сольмунде считает его за своего. Так кто мы такие, чтобы спорить с богиней? Сегодня я с радостью вручаю ему заслуженный герб. Арс, выйди, пожалуйста.
Я поднялся и быстро подошел к трибуне. В душе взрывались фейерверки. Я услышал до боли знакомый голос и увидел на трибунах отца, маму, сестер, брата и Аоки.
Сердце пустилось в пляс, а на лицо наплыла улыбка. Минхе вручила мне запечатанный свиток с титулом на гербовой бумаге и шепнула.
— Это ничего не значит.
— Я так и подумал, — улыбнулся я.
За спиной хлопнул на ветру развернувшийся герб. На заднем фоне был нарисован вулкан, который есть на большинстве гербов местных кланов, только у меня он был запечатлен в процессе извержения. Его заслонял четырехрукая береза с зубастым оскалом, в кроне сидел голубь, грудь антропоморфного дерева пересекали пулеметные ленты, в одной паре рук сабля и пистолет, в другой писчее перо, скопированное с герба Сказовых, и сгусток техники, непонятного свойства.
Наслаждаясь произведенным эффектом, и, лучась довольством я, наконец, посмотрел в поблескивающие глаза принцессы и еле заметно подмигнул ей. Тут же перевел взгляд на два холодных стекла императорских глаз.
Выдержав взгляд правителя, я посмотрел на Минхе.
— Выбери фамилию, — сказала она.
Я усмехнулся.
— Отныне меня зовут…
