— Так, робу свою скидывай, — сказал я, вытаскивая из рюкзака комплект одежды. — Это не надо, — откинул в сторону правый походный кроссовок.
Клим встал и разорвал на себе рясу. Всё его тело от пяток и до шеи было покрыто шрамами всевозможных видов. На удивление он не походил на скелет. Явно делал упражнения в камере, хотя конечно, правая верхняя часть и левая нижняя были куда более слабо развиты. Нога и вовсе в два раза по объему отличалась.
Он переоделся и сразу стал другим человеком. Всё та же сетка морщин у глаз, но внутри них уже поселилось какое-то ожидание чуда, затаенная радость.
Мы двинулись дальше.
— Ты расскажи, как там чего было, как угодил за решетку? — сказал я. Лучше он сейчас мне это поведает, когда голову кружит от свободы, да еще и сфокусирован на передвижении, а то потом такое вспоминать может быть больно.
Двигались с частыми остановками. Порой приходилось пускать в ход гойле, он помогал обхитрить стандартный запас прочности организма. Я выводил продукты использования стимуляторов, как бы обнуляя их эффект и приводя тело к состоянию до их применения, тем самым мы изрядно превысили лимит.
По дороге дядька кратко успел поведать про свою жизнь. Был боевиком клана, никогда не рвался в политику и не хотел управлять. В разработках не участвовал, ничего особо и не знал по этой теме.
В день Икс он отдыхал в родовом поместье с семьей. На них сбросили бомбу. Настоящую, здоровенную, мать её бомбу! Замаскировали это дело под работу техники. Предполагаю, что потом всё вскрылось, но Макаровы плотно сидят на оборонке, и могли откупиться по-свойски за нарушение законов.
Разнесенное в клочья поместье штурмовали сразу со всех сторон. Дядьку вытащил его брат, перворанговый одаренный, поднял из мертвых с помощью гойле и прикрыл отход через тайный ход.
Напали на Благих одновременно во всех точках. Удар был молниеносный. Подготовиться к нему было нельзя, ведь исполнители попросту поначалу даже не знали, кого едут убивать, соответственно, если осведомители и были, они не передали информацию, ведь не владели ей.
Клан перестал существовать в считанные дни. Последних выживших ловили еще долго. У Клима в поместье погибла вся семья, две жены, четверо детей…
Конечно, он искал мести, смерти в бою, но так вышло, что его пленили.
Лабораторию Благих не просто уничтожили. На её месте остался кратер несколько сот метров диаметром. Пленных пытали, пытаясь выбить информацию, но курирующие проект «Голиаф» все погибли. А материалы по нему были уничтожены. Причем до конца неизвестно, это Макаровых рук дело или самоуничтожение сработало, чтобы ничего врагам не досталось.
Пленные умирали один за другим, и вот Клим остался последним выжившим.
Когда он закончил рассказ, настала моя очередь. Кратко поведал ему всю свою жизнь.
До озера дошли к утру. Я в невидимости проник в палатку, дал указание Джи-А. Мы быстро свернулись и загрузились в машину, я отошел в кусты, а вышел оттуда уже Клим. Если здесь и были наблюдатели для них ничего не поменялось. Приехала пара, уехала пара.
Быстрее бы и разумнее было мне и Джи-А лететь на самолете, а родича переправить через границу в Монголию, а потом в Китай, но, было очень страшно его потерять. Сила крови протестовала против такого варианта, казалось, если выпустить его из виду, с ним тут же что-то произойдет.
Добирались все вместе. Уже в Китае нас забрал частный самолет. Дорого, но зато надежно и без лишних вопросов.
Афишировать появления Клима всем я пока не торопился. На базу завёз его тайно, поселил рядом с собой, в комнату напротив. Так спокойнее. Еще легенду надо под него соответствующую придумать.
— Так, Неждана, Дарина, — вызвал я первым делом близняшек. — Этот человек — мой дядя. Охраняете его до особого распоряжения, как меня. Хотя нет, даже лучше, чем меня. Я хотя бы за себя постоять могу.
По уму к нему бы приставить его личную слугу какую-то, но где взять такую?
Клим оживал на глазах. Горячей ванне радовался как ребенок, бритьё, которое у меня уже в печенках сидит вызывало в нём такой выброс эндорфинов, что он начинал напивать, а обычный ужин, казалось, приносил ему больше удовольствия, чем оргазм.
Но без проблем не обошлось. Уже на следующий день я отдал ему подавитель, иначе все могло плохо кончиться.
Если повреждается тело, то страдает и энергоконтур, соответственно, возможны различные пертурбации, от утери дара и до скатывания с первого ранга на пятый. Обычно у калек остается какой-то контроль владения табуром, хотя им и приходится фактически учиться заново. Одни смогут лишь управлять стихией, то есть подхватить и направить уже пылающие пламя, другие только поддерживать доспех. Ситуации разные, но суть одна, ты вычеркнут как одаренный. Максимум можешь на входе в клуб пьяных неодаренных пугать, потому что отсвет стихии в глазах остался.
