Билл нашел нужную улицу и остановился напротив дома, который искал. Внутри горел свет. Голубоватое свечение за шторами говорило о том, что кто-то смотрит телевизор. Он представил себе двоих, мать и дочь. Если бы его спросили, Билл не смог бы сказать, почему он сюда приехал и что ожидал увидеть. Он понимал, что если Хокинс узнает о том, что он здесь, то одними нотациями не обойдется. Ему могло грозить и судебное разбирательство. Но он не мог просто сидеть дома и ничего не делать, а только думать о предстоящих похоронах, так что он сидел в машине и ждал — через дорогу от дома Тины Эверетт.
Прошел час, и темнота стала еще гуще. Несколько звезд проглянули сквозь облачный покров. Билл смотрел на дом и чувствовал, что его охватывает сонливость. Он уже давно не высыпался, сказывались эмоциональные перегрузки, и мысли путались, а движения становились замедленными. Он задавался вопросом, нужно ли ему сидеть здесь, через улицу от дома людей, которых он едва знал, но которые как-то были связаны с тем, что случилось с Саммер, когда он полностью подчинен обстоятельствам, а нехватка сна и страдания лишили его способности видеть разницу между хорошей идеей и плохой.
Изредка проезжали машины, и он щурился от яркого света их фар. Он хотел знать, откуда и куда ехали эти люди, которые, судя по всему, жили нормальной жизнью. Они едут за продуктами? Возвращаются домой с работы?
Билл подумал о тысячах незначительных решений, которые он принял в отношении жизни Саммер. В ситуациях, когда она настаивала на том, чтобы кататься на велосипеде не с ним. Когда Саммер ему говорила, что идет ночевать к подруге… И он ни разу не проверил, так ли это. Саммер всегда была отчаянно независимым человеком. Время после обеда, после школы и вечера она проводила одна, пока он был на работе. Одним из первых слов, которые она научилась выговаривать, было «я», и она говорила это всякий раз, когда он или Джулия пытались помочь малышке справиться с какой-нибудь задачей. Беря чашку с питьем, открывая дверь, одеваясь. «Я, я», говорила она, и он и Джулия отступали, считая независимость и высокий дух дочери ее лучшими чертами.
Билл вспомнил встречу с учительницей начальной школы, в которой училась Саммер. Женщина рассказала им, что каждый раз, когда требовался доброволец, чтобы провести зарядку, что-то нарисовать, прочитать, Саммер поднимала руку.
— Она могла бы стать президентом Соединенных Штатов, — сказала учительница со смехом. — По крайней мере сенатором.
Неужели он многое упустил? Мог ли он не вдаваться в крайности, не вести себя так, как когда он потерял самообладание на Хэллоуин, и не всегда позволять своей дочери оставаться независимой?
Машина свернула на подъездную дорожку Эвереттов и осветила ее фарами. С его точки обзора он видел лишь, что это большая светлая машина, что-то вроде «Импалы» или «Лакросса». Автомобиль был слишком новым и слишком большим для матери Тины. Билл наблюдал за фигурой, шагающей по двору к дому; воротник пальто незнакомца был поднят. Он постучал в дверь. Одна из лампочек на крыльце перегорела, и человек стоял в полутьме, ожидая, чтобы его впустили.
Только сейчас Билл ощутил, как бешено колотится его сердце. Это показалось ему странным. Разве мама Тины не может с кем-нибудь встречаться? Разве у нее не может быть бой-френда? А может, это родственник. Да мало ли кто мог прийти к ней в безобидное вечернее время!
Билл поднял руку, потянулся к ключу зажигания, намереваясь отправиться домой и вместе с Пейдж принимать ужасные решения. Но в этот момент дверь открылась, и мужчина отступил назад, а появившаяся на крыльце мать Тины тепло ему улыбнулась. Туда, где теперь стоял мужчина, падал свет от лампы, освещая его лицо, и Билл узнал своего соседа, Адама Флитвуда. Это он входил в дом Эвереттов.
Билл перешел через дорогу и двинулся через двор, осторожно ступая.
Пока он шел, в его мозгу мысли цеплялись одна за другую. Он вспомнил, что последний телефонный звонок Джулия сделала Адаму. Ничего странного не было в том, что она решила позвать своего хозяйственного соседа, собираясь красить кухню. Адам был парнем, который присматривал за их домом, когда они уезжали из города. И именно он починил протекшую трубу под раковиной, когда Билл не смог с ней справиться.
Но затем Билл сопоставил это с теми комментариями, которые Джулия делала на протяжении многих лет, говоривших о том, что она считает Адама привлекательным мужчиной. И Пейдж говорила то же самое.
На первый взгляд у Адама и Джиллиан Эверетт не было ничего общего. Билл иногда видел женщин, которых Адам приводил домой, и они были такими, что другие мужчины могли бы ему позавидовать. Все они были моложе и намного красивее Джиллиан Эверетт, простые девочки, уверенные в себе, которые, как и Адам, любили выпить и побродить по лесу. Билл знал, чем им нравилось заниматься. Нервная Джиллиан Эверетт, серая мышка, не подходила под эти образы.
