Дверь палаты Хейли была закрыта. Снаружи стоял охранник. Поблизости не было ни Рича, ни пастора Калеба. Медсестра, сидевшая за столом, только взглянула на Билла, но тут же опустила голову и продолжила заниматься своей работой.
— Сэр, вы член семьи? — спросил охранник.
— Я один из родственников. Вы же видели меня здесь раньше, не так ли?
— Сейчас вам нужно уйти, — сказал охранник. Это был молодой парень, ему было лет двадцать, но лицо у него было каким-то пухлым, словно он был малышом-переростком. — Только члены семьи. Вам нужно разрешение семьи или полиции. Ее мать настояла на этом.
— Видите ли, полиция уже в пути, — сказал Билл. — Детектив Хокинс. Вы знаете его, верно?
— Сэр, вы должны подождать…
Билл прошел мимо охранника и осторожно толкнул дверь. Свет в комнате был приглушенным — занавески были задвинуты. В кресле спала Кэнди, укрытая одеялом. Рот у нее был открыт, дыхание ее было легким и ритмичным. Она не шелохнулась, когда вошел Билл. Без сомнения, Хейли не давали покоя медсестры, техники и полицейские. Люди сострадали, люди задавали вопросы.
Хейли тоже спала, рот у нее был слегка приоткрыт, и она казалась маленьким двойником своей матери. Ее лицо было все еще немного бледным и опухшим, но совсем не таким, как когда ее привезли в больницу больше недели назад. На мониторе отображался ее сердечный ритм — к концу указательного пальца с помощью зажима был прикреплен проводок.
Билл подошел к кровати. Его правая рука коснулась браслета в кармане, и на мгновение он засомневался, правильно ли поступает. Но только на мгновение. Ему нужно было разбудить девушку. Ему нужно было услышать это от нее.
И он знал, что, как только это сделает, часы начнут тикать. И времени до того, как Кэнди вышвырнет его, у него будет очень мало.
Билл решил действовать, и действовать быстро.
— Хейли! — произнес он шепотом. Поскольку девушка не пошевелилась, он сказал громче: — Хейли!
Девушка повернула голову на звук его голоса. Билл бросил взгляд на Кэнди, но та даже не шевельнулась. Глаза Хейли медленно открылись. Очевидно, она ожидала увидеть кого-то из медперсонала, а при виде Билла дернулась и отодвинулась от него.
Билл поднял руку:
— Все нормально. Это Билл Прайс. Мне нужно поговорить с тобой.
В этот момент в палату заглянул охранник и сообщил:
— Сэр, я позвонил в полицию.
— Хорошо, — сказал Билл. — Я же сказал, что они уже в пути.
Хейли посмотрела на охранника, а затем на Билла. Судя по выражению ее лица, она увидела на его голове кровь. Он знал, что весь перепачкался в лесу. Наверное, он был похож на сумасшедшего.
— Где моя мама? — спросила Хейли.
Билл кивком указал на кресло:
— Она здесь. И она все еще спит.
— Мама! Мама, ты меня слышишь?
— Подожди…
— Сэр! Вам нужно покинуть помещение, — сказал охранник.
— Тсс! — шикнул на него Билл.
Кэнди пошевелилась. Охваченная страхом за своего ребенка, она открыла глаза и вскочила, откинув одеяло, готовая ко всему. Когда она увидела Билла, челюсть у нее отвисла, лицо покраснело. Она выглядела так, словно не верила своим глазам. Похоже, она не ожидала, что он осмелится вернуться в палату.
— Убирайтесь! — сказала она таким тоном, как будто забила гвоздь в крышку гроба.
— Кэнди, послушайте!
— Убирайтесь! — Она посмотрела на охранника, топтавшегося у двери. — Может быть, вы что-нибудь сделаете? Да, вы!
— Я позвонил в полицию, мэм.
— И все?
— Кэнди, мне нужна всего минута, — сказал Билл. — Я нашел кое-что. Хокинс уже едет. Он скоро будет здесь. Очень скоро.
— Билл, вы уже истратили эту свою минуту, — сказала Кэнди. — Этого и так слишком много для вас. Теперь извольте выйти вон.
— Я хочу, чтобы Хокинс тоже услышал это, — сказал Билл. — Пришло время.
Билл повернулся к Хейли, которая села на кровати, ее глаза были широко раскрыты, на лице читался страх.
— Пришло время услышать от Хейли, что она знает об Адаме Флитвуде и о том, что он сделал с Саммер.
Кэнди подошла ближе к кровати. Она перевела взгляд с Билла на дочь. Женщина явно была растеряна.
— О чем речь? — спросила она, и было неясно, у кого она спрашивает — у Билла или у Хейли.
Хейли молчала. У нее был такой вид, будто она хочет вскочить и выпрыгнуть в окно.
Билл пристально смотрел на девушку.
— Я не знаю, действительно она не помнит все, что произошло в тот день, или просто не хочет нам рассказывать. Но это очень важно! Если Саммер еще жива… нам надо поторопиться.
Голос Кэнди прозвучал настойчиво:
— Оставьте ее в покое! Вы уже однажды довели ее до слез. Вы хулиган? Вы пришли сюда, чтобы оскорблять девушку, которая пережила такое? Вы монстр?
— Я так не думаю, — сказал Билл.
— И почему вы спрашиваете о своем соседе? Мне сказали, что его убили.
— Да. Я спрашиваю о нем.
Кэнди обошла вокруг кровати, подошла к Биллу и приобняла его за спину так, что они оказались на расстоянии всего лишь в несколько дюймов друг от друга. От нее пахло, как пахнет от только что проснувшегося человека, а ее одежда явно нуждалась в хорошей стирке.
— Я знаю, вам сейчас нелегко, Билл. Я прошла через это. Вы знаете, что я пережила за те дни, когда думала, что мой ребенок мертв. Я все понимаю.
