Следующее утро началось для нас с полковником по — разному. Нет, завтрак, как ему и положено, мы уничтожили одновременно, и было это, в начале десятого часа утра. А вот потом, наши дороги разошлись. Вент Мирославич отправился утрясать вопросы взаимодействия с местным отделением канцелярии, а я, не решившись идти на прием к посаднику или воеводе, без тяжелой артиллерии в виде своего особоканцелярского товарища и его убойного «вездехода», засел за очередное изучение документов, добрую кипу которых привез с собой еще из Хольмграда.
От шелеста листов, меня отвлек только робкий стук в дверь. Это, давешний Любомир исполнил мою утреннюю просьбу. Зная, что за разбором документов, я могу абсолютно потеряться во времени, я попросил нашего коридорного доставить в мой номер обед, не позднее двух часов дня. Простимулированный гривенником, паренек расстарался на славу и прикатил мне целую тележку всяких вкусностей. От огненно — острой сборной солянки с дичиной и запеченных в сметане карасей, до так называемого «крошева», в котором я, не без удивления, узнал вполне себе обычный картофельный салат с языком, и многочисленных солений и квашений. Увенчавший сервировку, миниатюрный графинчик, вмещающий в себя едва ли стакан водки, очень органично вписался в организованный Любомиром на столе в гостиной, натюрморт. А вместо вездесущего чая, паренек выставил небольшой пузатый самовар, наполненный горячим и ароматным ягодным взваром.
Отложив бумаги в сторону, я уселся за уже сервированный стол и, поблагодарив коридорного, который тут же исчез из номера, принялся за истребление этого великолепия. Правда, с водкой, я решил не шутить и ограничился одной стопкой, что называется, для аппетита.
После сытного обеда, я с новыми силами окунулся в круговерть документов. Цифры отчетов и предполагаемые расходы, лихо укладывались во вполне себе вменяемую картину, так что, на радостях, я закончил разбор еще до наступления сумерек. И вовремя. Стоило мне потянуться, разминая затекшие плечи, как раздался уже знакомый стук в дверь и, сунувшийся в номер коридорный, протянул мне письмо, весьма казенного вида.
Еще один гривенник перекочевал из моей ладони в карман Любомира, и лишь убедившись, что коридорный покинул номер, забрав с собой остатки моего пиршества, я взялся за нож для бумаг. Окинув взглядом конверт и защищающую его… довольно условно, на самом деле, сургучную печать, я вздохнул.
Вот это и называется: «если гора не идет к Магомету…» Кажется, господин посадник изволят недоумевать, отчего будущий директор нового учебного заведения, для которого ему, вместе с воеводой пришлось изрядно постараться с поисками и приведением в порядок подходящих помещений будущего училища, по прибытии не соизволил нанести визит вежливости к первым людям Каменграда.
По крайней мере, это была первая моя мысль, когда я рассмотрел герб города, оттиснутый на темно — бордовом сургуче. Но… я ошибся.
Вскрыв конверт, я вытащил из него лист дорогой веленевой бумаги, где, каллиграфическим почерком, ясности и четкости которого не мешали даже многочисленные завитушки и украшательства, было выписано приглашение на званый обед, устраиваемый господином посадником через три дня, в честь дня основания Каменграда. Да, город не мог похвастать четырнадцатью веками истории, как тот же Хольмград, но и триста лет отроду, тоже срок не малый. Вообще, если я правильно понимаю, Каменград[2] был основан примерно там же, где на «том свете» раскинулся Екатеринбург, вот только «родился» побратим бывшего Свердловска, лет на полтораста раньше.
Ничего не могу сказать о сходстве, поскольку по дороге из порта в гостиницу рассмотреть успел совсем немного, но вот то, что в Каменграде, вопреки названию, огромное количество деревянных домов самого причудливого вида, заметить успел. Да и если выглянуть в окно, то за каменными зданиями центра города, можно увидеть высокие шатровые крыши теремов, стрельчатые окна, забранные мелкими ромбиками стекол, резные коньки и наличники ярких цветов, создающие впечатление пряничности, можно сказать даже, сказочности, этого уральского города.
Я покрутил в руках прочитанное письмо. Что ж, Сила Игнатьич, раз приглашаете, значит, придем. Причем, вместе с полковником… и, пожалуй, подчеркнем «деловитость» визита. Но, перед этим заглянем в ведомство воеводы. В конце концов, именно ему было поручен поиск и подготовка необходимого помещения. Вот, перед тем, как идти в гости к выборному посаднику, мы и послушаем, что воевода поведает нам о местных раскладах. Кто чем живет, кому что нравится, кто кому любимые мозоли оттоптал… Мы же, 'столичные варяги' и должны держаться друг друга, не так ли?
Приехавший к ужину, довольный полковник с удовольствием поддержал мою идею, тем более, что он и сам получил такое же приглашение на торжественный ужин у посадника. И идти туда неподготовленным, ему совсем не хотелось.
