Заглянувший на шум стрельбы, городовой, вежливо поздоровавшись с кузнецом, уважительно покосился на богатый арсенал, разложенный на одном из валунов, но вместо нудного допроса, что, кто, зачем и почему, лишь убедился, что "господа не собираются брать штурмом Ладожскую крепость", после чего сделал несколько выстрелов из "Реньё-Витесс", одолженной ему кузнецом, и одобрительно поцокав языком, удалился. Ничего удивительного. Антона и его семью в Старой Ладоге знают, и уважают. Отсюда и доброжелательное отношение. К тому же, фактически, дом кузнеца стоит на границе города, а берег, на котором мы устроили стрельбище, и вовсе уже считается предместьем. Прав здесь у городового никаких. Но и не полюбопытствовать он не мог. Что ж, ничего странного.
Вечер не затянулся надолго. Выезд предполагался с рассветом, а потому засиживаться допоздна мы не стали. Это будет долгий день…
Мы вывели лошадей за ворота, когда солнце только-только выкрасило золотом верхушки деревьев над нами. Впрочем, этого мы не видели, из-за густого тумана, укрывшего предместья Старой Ладоги. В этом белесом мареве, уже в паре метров от нас, терялись даже стены усадеб, а перестук идущих шагом лошадей был еле слышен. Впрочем, покинув двор, мы забрались в седла, а здесь туман был реже.
— Садится, — приглушенный туманом, голос Антона, кстати, отказавшегося от седла и усевшегося на навьюченную лошадь почти "охлюпкой", ну, если не считать одеяла, заменившего ему и попону и седло, донесся до меня откуда-то слева. — Но, все равно, еще час-полтора он продержится, так что… Давайте-ка, я пойду ведущим, а ваших лошадок пока возьму за поводья. Ну, а как развиднеется, отпущу.
— Ты больший, тебе решать, — пожал я плечами, хотя и понимал, что в этом мареве, даже волхв вряд ли разглядит это мое движение.
Через минуту, вынырнувший из тумана, Антон действительно подхватил поводья моей лошади, а в другой руке он уже сжимал повод лошади Грега.
Кузнец потянул поводья, и наши лошади ускорили шаг. Перестук копыт стал чаще, и наш маленький караван окончательно канул в белое холодное облако. Когда же, через час, туман действительно рассеялся, я обнаружил, наша компания вплотную подобралась к просыпающемуся лесу. Антон отпустил поводья, все одно лошади с тропинки никуда не свернут, и мы втянулись под сень огромных деревьев. Так начался наш "дранг нах вест".
— С тропы не сходить! Ежели увидели, что стежки нет, останавливаетесь и ждете. Не вздумайте рыскать по сторонам, заблудитесь так, что и я не найду, — предостерег нас волхв и уточнил. — Князь-то уж это знает, а вот тебя, Гриша, мой наказ касается особенно. Понятно?
— Понял, — донесся до меня приглушенный голос Грега. А Антон, посчитав инструктаж оконченным, замолчал. Только ходу еще прибавил, отчего наши лошади перешли на тряскую рысь.
Тропинки под копытами наших лошадей петляли, но упорно вели на запад. К вечеру, когда Антон, наконец, решил сделать привал, остановившись на маленькой полянке с бьющим из-под камней родником, Грегуар со стоном сполз с лошади и принялся ее расседлывать. Я последовал его примеру, а наш кузнец-проводник, спрыгнув наземь, сначала обошел поляну по кругу, к чему-то прислушался и, лишь сделав глоток воды из источника, удовлетворенно кивнув, вернулся к животине. Избавив ее от вьюков и пропотевшего за день одеяла, заменявшего седло, волхв занялся костром. Пара валежин, притащенных им откуда-то из чащи, под ловкими ударами небольшого, но весьма хищного вида, топорика, быстро превратились в дрова для костра, а еще через минуту, на обложенном собранными у родника камнями участке поляны, с которого Антон предварительно снял дерн, запылало ровное пламя.
Пока Грег обихаживал лошадей, а волхв занимался костром, я успел устроить небольшой навес, и вытащить приготовленные нам в дорогу продукты. Под голодное урчание в животе, в котелок, наполненный холодной водой из источника, полетели куски вяленого мяса, а когда вода закипела, туда же отправилась и гречка. Обязанности были распределены еще до выхода, так что каждый занимался своим делом… молча.
Нет, мы не поссорились, но целый день в седле, с непривычки, да еще и не по самым удобным для проезда местам, а лес к комфортной среде отнести не получается, даже с учетом неоценимой помощи волхва… в общем, мы просто устали. Так что, хоть какой-то разговор завязался лишь после ужина.
— А где мы сейчас находимся… мессир? — поинтересовался Грег, крутя в ладонях кружку с чаем. Он явно чувствовал себя не в своей тарелке, так что я даже насторожился, но почти тут же до меня дошло, что он просто недоволен тем, что его работодатель взял на себя обязанности, которые он искренне считал своими. Грег, действительно, весьма и весьма добросовестный работник.
— Вопрос не по адресу, Грегуар, — хмыкнул я и кивнул на сидящего чуть ли не в самом костре, и шумно прихлебывающего чай, Антона. — Это, нашему проводнику лучше знать.
— Из больших городов, поблизости, разве что Юрьев, — булькнул в кружку волхв и умолк.
