– Чей это ребёнок, Маша?– Какая теперь разница? – горько ухмыляюсь. Его взгляд пылает.– У меня операция начнётся вот-вот. Я должен знать, кто отец малыша, лежащего на моём столе! Ты понимаешь, что будет, если я прооперирую своего ребенка?– Этот ребёнок МОЙ! – не сдаюсь. Он никогда не должен узнать правду, иначе в помощи нам откажет.Не может хирург оперировать своего сына. Нельзя!Других таких специалистов, как отец моего малыша, просто нет.– Спаси моего сына! Я тебя умоляю!
– Леша, постой! – несется мне вслед. Лиза бежит за мной, кричит.
Жена не желает решить вопрос тихо, хочет, чтобы о нашем расставании узнал весь подъезд.
Как же меня все заколебало! Сил уже никаких нет! А ведь я только с дежурства. Смена была та еще, сегодняшний день тоже.
Устал просто жуть.
– Не уходи! – просит полным отчаяния голосом.
Останавливаюсь. Оборачиваюсь. Делаю вдох.
– Лиза, ты сделала свой выбор, – показываю на дверь нашей квартиры. Внутри мой старший брат, с которым она мне изменила.
Я их застукал только что. Прямо в нашей спальне, на нашей кровати.
И ведь оба знали, что я должен прийти.
Правда, явиться обещал на два часа позже, но пробок не оказалось, и вот, пришел домой.
– Я не виновата! – ревет. Вытирает рукавом халата глаза, размазывает косметику по лицу. Жалости это не прибавляет.
А я смотрю на нее и понимаю, что она мне совершенно безразлична. После увиденного как отрезало.
Понимаю, Андрюха вернулся с войны, они давно знакомы и когда-то даже встречались. Потом Лиза решила, что женой военного быть не собирается и переключилась на меня.
Женой врача, как выяснилось, ей тоже быть не понравилось.
– Это все ты! – зло смотрит на меня. В глазах стоят слезы разочарования и обиды.
– Я? – охреневаю. Подобного обвинения в свой адрес уж точно не ожидал. – И в чем же я виноват? Может, в том, что ты сама прыгнула к нему в койку?
– Тебя никогда не бывает дома! Ты вечно пропадаешь на своей работе! – кидает обвинения. Кричит на весь подъезд. – Тебе пациенты дороже жены! – Она начинает орать. – Это ты! Ты сделал свой выбор!
– Прекрати истерику, – говорю спокойным, ровным тоном. Да, внутри меня бомбит, но профессионализм берет верх. Я не собираюсь показывать эмоции. – Даю тебе два дня, – смотрю на нее сурово. – Забирай свои вещи и уезжай. Поздравляю! Теперь у тебя нет вечно занятого мужа. Ты свободна!
– Нет! – ахает. Делает шаг назад. – Ты так со мной не поступишь!
– Измену я не прощу, – заявляю открыто и честно. Смотрю на часы. Если хочу доехать до Майорова без пробок, то нужно поторопиться. – У тебя есть два дня, – отрезаю жестко. – Используй их с пользой.
Разворачиваюсь и ухожу. Лиза продолжает кричать мне в спину, но я даже не думаю останавливаться и слушать.
Наши отношения были ошибкой, мы не были счастливы. Сейчас я это осознаю как никогда.
Она всегда любила моего брата, я так и не смог забыть Машу. Наш брак изначально был обречен на провал.
Выхожу из подъезда и не оборачиваясь сажусь в тачку. Знаю, что на балконе стоит Андрей.
Если сейчас встретимся с братом, то будет драка. Он до сих пор не простил, что я женился на его бывшей.
Видимо, поэтому и вернулся. Забрать свое себе.
Плевать! Ему не объяснить то, что было между мной и Лизой. Это понятно лишь нам двоим.
Завожу двигатель, выезжаю из двора, набираю единственному человеку, который не будет лезть в душу. Сейчас я не готов с кем-то делиться тем, что внутри.
– Да, Леш. – Миша Майоров довольно быстро принимает вызов.
Хоть у друга и по совместительству моего коллеги тоже проблемы в личной жизни, я знаю, он не откажет. Мне действительно не к кому больше пойти.
– Какие-то проблемы с пациентами? – Он сразу же думает о работе. Прямо как я. Мы в этом с Мишей очень похожи.
Два неутомимых трудоголика, обожающих свое дело. Да и как его не любить? Мы жизни детям спасаем!
Кто ж еще, если не мы…
Хирургов моего уровня раз, два и обчелся. А деток, кому требуется наша помощь, много. Поэтому приходится выбирать.
И каждый раз я выбираю спасти жизнь малышу, а уж после этого спокойный ужин дома. Потому что у маленького человечка порой от моего бездействия может быть загублена целая жизнь. А ужин… Ну поем я на пару часов позже. Ничего критичного не произойдет.
Лизе это дико не нравилось. Сейчас я отчетливо понимаю почему.
Мы не любили друг друга. Лишь пытались спастись от одиночества.
Зря.
Нам изначально не нужно было жениться. Но об этом уже поздно сожалеть.
– В отделении все нормально, – спешу его заверить.
Перед тем как уйти, лично прошел по пациентам и проверил каждого из них. Завтра приедет несколько новых, сегодня же была большая выписка. Все отлично.
– А где не нормально? – тут же уточняет Михаил.
– Я от жены ушел, – заявляю открыто. – Скажи, у тебя можно пару дней перекантоваться, пока она вещи вывозит? – спрашиваю в лоб.
Прекрасно понимаю, что у Майорова тоже все сложно. Но очень надеюсь, что друг все поймет.
– Приезжай, – отвечает спустя некоторое время. – Придумаем что-нибудь, – заверяет меня.
– Спасибо! – благодарю от души.
Замечаю зеленый свет светофора, трогаюсь с места. Продолжаю свой путь.
– Когда ждать? – уточняет у меня Миша. Вспоминаю, что хотел заехать на шиномонтаж, прикидываю, сколько для этого нужно времени. Плюсую дорогу.
– Если часа через два, будет нормально? – уточняю.
– Да, – тут же соглашается. – Жду.
– Скоро буду, – обещаю и отключаюсь.
Хорошо, когда есть к кому пойти.
– Нет, нет, нет! – шепчу глотая соленые слезы. Ну почему? Почему снова отказ?
