Продолжение повторной жизни главного героя, который неведомым образом попал в своё прошлое в девяностые годы. И теперь кое-что меняет в окружающей его действительности.Присутствует «рояль» в кустах.
— Привет! — в трубке раздался жизнерадостный голос Волкова.
— И тебе не болеть! — Герман сидел в кабинете, подняв трубку зазвонившего телефона, Паша в этот момент вышел к Кузнецову, вызванный им по какому-то его уголовному делу.
— Слушай! Говорят, у вас в Перми Каратель проявился, — Сергей не спрашивал, а утверждал.
— С чего это ты решил? — Герману стало даже интересно.
— Я тут вчера на совещании в «городской» был, заместитель прокурора по надзору за следствием собирал следователей из районов. Отчитывались по уголовным делам в производстве. Ну обычная тягомотина.
— И? — поторопил его Герман.
— В перерыве совещания встретился с Михаилом Костровым, тот вместе со своим начальником — Громовым, расследует дело по прошлогодней бойне у нас, ну, когда Штэмпа пристрелили.
— А ты откуда Кострова знаешь?
— Ну ты даешь, я с ним много раз пересекался по работе, вот и слово за слово… Ну не друзья, конечно, но в хороших приятельских отношениях.
— Так что сказал-то?
— У части раненых из очень интересных мест — из задниц в основном, — он заржал, — достали пули. И по заключениям экспертов, они соответствуют пулям, которым были убиты ваши киллеры в области.
— Понятненько, — Герман прекрасно осознавал, что рано или поздно это станет известно правоохранительным органам. Не есть хорошо, но не страшно.
Волков поболтал минуты две, а потом попрощался.
Да уж… еле-еле успел он тогда. И убили бы хорошего человека вместе с женой и водителем. Остались бы сиротами двое детей водителя. Эта история тогда «зацепила» его, он позже узнал, что вдова спилась за год, детей забрали в детдом, а она продала единственную квартиру, и через пару лет умерла где-то под забором…
Теперь водитель остался жив, жена не спилась, значит дети не попадут в детдом. И это отлично, надо присмотреть за ними, чтобы ничего не случилось.
Время и место покушения ему было примерно известно. Но не мешало подстраховаться, так что с самого утра он подъехал к зданию областной администрации на своём мотоцикле, со спортивной сумкой за спиной.
Всё-так день-деньской, так что помимо синих джинсов, на нём был черный шлем, но покрытый налепленными на него в хаотичном порядке дурацкими аппликациями. Часть деталей на мотоцикле были обклеены аналогично. Ерунда полная, но хоть так.
Всё на бегу, но по-другому никак, так что в имеющейся у него спортивно сумке было сделано дополнительное отверстие на боковине, закрывающееся на коряво приделанную «липучку».
Он дождался, когда из здания после окончания совещания выйдет Трофимов, которого встретила жена на улице. Они сели в служебную «Волгу» и поехали домой в Сылву.
Пристроился за ними, держась метрах в тридцати, не боясь, что они оторвутся. Мощности двигателя было достаточной, чтобы мгновенно догнать их. Тем более, что он прекрасно знал, куда они едут.
Стекла «Волги» были не тонированы, так что когда они въехали на лесной участок дороги, то Герман заметил, что водитель его явно заметил: крутил головой по зеркалам, вглядываясь в фигуру мотоциклиста позади.
Он немного отстал, не желая нервировать водителя, чтобы тот не рванул от него и не устроил никому не нужные гонки. Не уйдёт в любом случае, но вся это суета…
«А ведь тут идеальное место для нападения…» — конкретное место до метра он не знал, но явно тут, больше негде. Дальше открытый участок, а потом пост ГАИ. Он выдернул из-за пазухи небольшую рацию, резко сбросил газ (рёв двигателя упал до приемлемых величин), нажал тангенту и быстро сказал:
— Это Тень, выдвигайтесь в сторону города. Примерно километр от вас.
Пока говорил, «Волга» немного оторвалась от него. Выкрутил ручку газа до упора — мотоцикл «выстрелил» в направлении машины. И чуть не опростоволосился; киллеры внезапно выскочили на дорогу перед машиной.
Пришлось рисковать — он одновременно он выдернул «ВАЛ» из сумки, резко поднял левую ногу и уронил мотоцикл на бок, а потом начать стрелять ещё тогда, когда «лёгший» на бок мотоцикл со скрежетом двигался по асфальту.
Из-за адреналина сжал автомат так, что ему показалось, что слышит хруст металла, зато никакой отдачи — все три пули в короткой очереди попали прямо в грудь одному из киллеров.
Вскочил на ноги с остановившегося на асфальте мотоцикла и сразу дал вторую очередь в оставшегося на ногах… Падла, тот успел выстрелить, хорошо в людей не попал, урод…
— Зараза! Так курток не напасёшься, — ругнулся Герман, вспомнив, как ему куртку попортили в очередной раз.
Сам виноват, прошляпил третьего в лесу, влепившему ему пулю прямо в грудь. Сука! Хорошо, падла, не в голову стрелял: шлем точно не выдержал бы такого. А проверять как его бешеная регенерация работает, если ему попадут в голову — не очень-то и хотелось.
— Нет, надо что-то с защитой тела решать! — вспомнил он дикую боль, после попадания пули в грудину, а потом, когда он «полезла» наружу, отторгаемая организмом.
