Ник следовал за женщинами, неся ящичек со льдом. Когда он встретился взглядом с Шелли, выражение его сосредоточенного лица смягчилось, потемневшие глаза, такого же оттенка зелёного, как у неё, напоминали изумруд. Легонько поцеловав Шелли в щёку, он тихо спросил:
– Ты всё ещё хочешь сделать это сегодня же вечером?
Вцепившись в его куртку, она решительно кивнула:
– Да. А ты?
Ник вздохнул:
– Я тоже. Этот секрет хранили слишком долго.
Позади него послышалось покашливание.
– О, я забыл о причине нашего опоздания.
Он отступил в сторону, и Шелли увидела пару, стоявшую за Ником. Узнав гостей, она широко раскинула руки и с радостными восклицаниями устремилась к ним:
– Роман! Пэган! Какой приятный сюрприз!
– Пэган[27]? – пробормотал Джеб, бросив взгляд на Слоана.
Слоан ухмыльнулся:
– Шелли говорит, что такова традиция на Юге. Родителей Романа и Пэган зовут дядя Фритци и тётя Лулу. Том, самый старший, единственный, у кого «нормальное» имя. Другого брата зовут Нобль, а сестру Анжелика. Я познакомился со всем семейством во время нашего медового месяца в Новом Орлеане. Ещё есть куча двоюродных братьев.. Шторм, хм… Хиро… И, конечно, Вульф. Это не все обладатели странных имён, но я сейчас не могу припомнить остальных.
– Господи, спаси. А Минго[28] уверен, что это ему досталось самое причудливое имя, – покачал головой Джеб. И тут он заметил Пэган. Глаза мужчины расширились, а дыхание стало неровным:
– Ничего себе! Она разобьёт немало сердец.
Познакомившись с младшей сестрой Романа, Роксанна подумала о том же. Она жила и работала с самыми известными красавицами, и, казалось, уже привыкла к красивым женщинам. Но сейчас ей пришлось признать, что Пэган превзошла их всех.
Пэган Луис Грейнджер не была высокой. Но при росте в сто шестьдесят семь сантиметров её ноги были длинными и точёными, а бёдра узкими и упругими. Как и Роман, она отличалась кошачьей грацией. Только полнота высокой груди, неизменно привлекавшей алчные мужские взгляды, противоречила изяществу хрупкой фигурки.
Но, затмевая совершенство тела, именно волосы Пэган прежде всего приковывали внимание. Её даром, а может, как она часто подозревала – проклятием, был необычный оттенок её рыжих волос. И то, что это был натуральный цвет, делало его тем более уникальным. Сегодня локоны цвета бургундского вина, рассыпавшись по плечам, напоминали языки тёмного пламени. Они казались равномерно красными, но при смене освещения в них проскальзывали оттенки сливы и кларета.
Лицо в форме сердечка тоже невозможно было забыть. Широко расставленные голубые глаза, обрамлённые длиннющими ресницами, повергали сильный пол в трепет. К тому же девушка обладала прямым, совершенным носиком, за который Елена Троянская убила бы; чувственным ртом, который у самых высоконравственных мужчин вызывал нескромные мысли; и скулами, достойными вдохновить плеяду скульпторов эпохи Возрождения. Алебастровая кожа и улыбка, способная осветить весь мир, завершали картину.
Роксанна, к которой сейчас была обращена эта улыбка, прищурилась.
«Боже, – размышляла она, забавляясь, – должно быть парни выпрыгивают из кожи, стараясь произвести на тебя впечатление».
Она осмотрелась и заметила, с каким ошеломлённым видом Джеб уставился на Пэган. В тот же миг хорошее настроение покинуло её.
«Только не Джеб», – молила Роксанна, почему-то паникуя при мысли, что он может увлечься этой южной прелестницей. Расстроенная сама не зная из-за чего, она быстро переключила внимание на Ника, появившегося в дверях комнаты.
Улучив момент, Роксанна ретировалась на кухню, чтобы привести мысли в порядок. Она настолько привыкла к мужчинам, падающим к её ногам, что такое чувство, как ревность, было ей в общем-то не знакомо. Так что же она испытывала сейчас?
«Это не может быть ревность – только не из-за Джеба. То есть, ну да, между нами кое-что случилось. Ничего особенного. Только страсть. Без чувств. Ведь так?» – она закусила губу. Их яростная схватка на кухонном столе не должна ничего значить для неё. И уж точно не даёт ей права ревновать Джеба к каждой женщине, на которую он посмотрит.
«Я ничуть не ревную», – убеждала себя Роксанна.
«О, нет. Ты ревнуешь, – возразил ехидный внутренний голос, – Может, этот мужчина значит для тебя больше, чем ты готова признать? Может, произошедшее в сентябре было не просто бездумным сексом в угоду взбесившимся гормонам?»
Роксанна тряхнула головой, надеясь заглушить назойливый голос, но тот упорствовал:
«А вдруг, глубоко внутри, – нашёптывал он, – тебя влечёт к Джебу Дилэни – и не только физически. Может между вами что-то бóльшее?»
Роксанна чуть не застонала вслух от этой идеи:
«О, пожалуйста, у меня нет на это времени. Заткнись, – пригрозила она внутреннему аналитику, – и проваливай! Мне не нужны сейчас серьёзные отношения, и тем более с Джебом».
Отчаявшись разобраться в своих чувствах, она вышла из кухни и направилась прямиком к виновнику своих размышлений. Его глаза по-прежнему были прикованы к Пэган, которая смеялась над удачной шуткой Ника. Разъярившись до предела, Роксанна пихнула глупца локтем в бок и прошипела:
