Юный сотник развернулся чётко, с выправкой, достойной последних имперских легионеров. По-уставному отсалютовал командующему мечом. Видя высокое начальство, и остальные подобрались - втянули пивные животы, распрямили сутулые спины, вытянули корявые руки по швам, даже изгвазданные башмаки и нечто вроде толстых кожаных ремней, намотанных на ноги на манер портянок - местная обувь для самых бедных - слитно хлюпнули в грязи. Столь же разномастно они были и одеты, и вооружены, хорошо хоть, построились по росту, и оттого казались хоть немного одинаковыми.
- Служим Империи! - гаркнули уставную фразу ополченцы. Получилось, честно говоря, не очень - кто в лес, кто по дрова - но старание заслуживало уважения. Олберт снова хмыкнул, но больше ничего не сказал. Навстречу Морресту шагал сотник Дагоберт. Вот у него и с выправкой, и с вооружением всё в порядке. Из настоящих, такого в любой толпе узнаешь.
- Сир, по вашему приказанию сотня построена, - чётко доложил командир. - Сотня проводит боевую подготовку. Отрабатываем перемещение в строю с переменой шага, бег, метание копий, мечевой бой, стрельбу из луков и джезайлов, использование огненных катапульт.
- И как успехи? - поинтересовался Олберт. Он, конечно, нарушал субординацию и знал об этом. Но рыцарь - не какой-то там ополченец. Он сам себе армия, и даже перед собственным сеньором не станет тянуться.
- Они дисциплинированы, упорны в занятиях. К сожалению, большинство ни дня до того не служило в войсках, да и оружия... не хватает.
- Скажи прямо: кровь ничем не заменишь, - так же развязно усмехнулся рыцарь.
- Олберт! - прикрикнул Моррест. Рыцарь он или не рыцарь, но забывать, кто тут командир, не следует. - Продолжай, Дагоберт.
- Имею честь доложить, особенные успехи демонстрируют расчёты огненных катапульт.
- Вот на них я бы и хотел посмотреть, сотник, - кивнул новоиспечённый главнокомандующий. - Если тут воевать будем, на них вся надежда. - Моррест возвысил голос, обращаясь напрямую к солдатам: - Ваши огненные катапульты - наша главная сила. Покажите, чему вы успели научиться!
- Сотня, слушай мою команду! - распорядился сотник.
Понятное дело, в бою команды будут короче - но сейчас-то важно произвести впечатление на начальство! В голосе юноши звякнула сталь. "Волнуется!" - понял Моррест. Он и сам бы беспокоился под пристальным взглядом командующего, имея под началом сто двадцать оболтусов, ещё месяц назад и не помышлявших о том, что станут солдатами. А ведь не так уж много времени пройдёт, прежде чем им придётся схлестнуться с головорезами Амори.
- Задача - поразить учебные цели разрывными снарядами, - отрывисто бросил сотник. - Время - пять минут.
- Бегом! - раздался крик командиров расчётов. Эта сотня делилась не на десятки, а на пятёрки: в десятке имелось два расчёта. Когда они с повстанческими вождями думали, как использовать новое оружие, они решили, что в десятке нужно иметь два орудия. Они могут стрелять залпом, а могут по очереди, страхуя друг друга от вражеских контратак или уменьшая время между выстрелами. Пять десятков, то есть десять расчётов, образовывали полусотню, и таких полусотен Дагоберту подчинялись две. Итого двадцать нелепых на вид, но опасных орудий - доморощенная артиллерия обладала солидной огневой мощью.
Раздался скрип колёс, бойцы приподнимали орудия, упирая казённой частью в подмёрзшую грязь, для устойчивости их подпирали распорками. Выдолбленные изнутри брёвна - не железные орудия Амори, поднять их может и один крепкий мужик. Увы, и разорвать их может запросто, поначалу, пока не научились отмерять нужное количество пороха и не укрепили стенки орудий толстыми железными скобами, несколько расчётов погибло. Работа много времени не заняла: несколько минут - и в хмурое небо уставились шесть чёрных жерл.
- Орудия - на огневую! - командовали пятидесятники, их команды повторяли десятники и командиры орудий, расчёты без суеты, но и без промедления выполняли заученные действия. В каждом из них спрессовались десятки учебных стрельб, с настоящими снарядами и муляжами, расход не только пороха, но и крови, ведь никто не застрахован от разрыва стволов и преждевременного подрыва снарядов. Этот опыт действительно оказался сыном ошибок трудных. - Поднести снаряды! Зажечь фитили!
