- Мы не стремились к этому. Изначально цель была другой, мы собирались помочь несчастным братьям, вынужденным влачить жалкую жизнь затворников. Они были из очень бедной семьи, дети беженцев из Боснии. У их матери не хватало денег даже на сытную еду, не говоря о нормальной медицинской страховке. Она обратилась в наш благотворительный фонд, и мы предложили новейшее экспериментальное лекарство.
- В обмен на что? – быстро спросил Юра.
- Это была благотворительность. Взаимовыгодная, не спорю, но мы не взяли с них ни гроша. И не заставили подписать никаких обязательств. У нас было пока не зарегистрированное лекарственное средство, которое нужно было испытать на добровольцах. У братьев-альбиносов был соответствующий диагноз и желание жить. Никто не знал, что в результате получится. Мы дали им шанс, они им воспользовались – вот и все.
- Это не шанс, это медленное убийство.
- Просто Ильгизу не повезло, он оказался слабей физически, и протокол был ошибочным. А вот его брат, Драгослав, не просто выжил, но и стал сильней, чем был. «Прозерпина» имеет право гордиться его результатами.
- И в какой же момент все пошло не так? – спросил Громов.
Элен внезапно напомнила ему Патрисию: та тоже придумывала себе всякие оправдания. Юра не верил ей, но, памятуя о записке, давал возможность высказаться так, как она считала нужным.
- С чего вы взяли? – надменно осведомилась Элен.
- Ну, я же здесь. Я вам зачем-то нужен. Но зачем, если все и так хорошо?
Француженка недовольно фыркнула:
- Нельзя предугадать всего, но проблема пришла, откуда не ждали. У близнецов были врожденные способности к телепатии. После курса экспериментального препарата эти способности проявили себя. Причем с такой неожиданной силой, что не заметить их было невозможно. Мы предложили родителям мальчиков разрешить нам изучение феномена. Мальчикам в ту пору исполнилось 17 лет, и на такое требовалось не только их согласие, но и воля их родственников. Мы заключили контракт. Близнецам выплачивалась приличная сумма. Не исключаю, что их мать соблазнилась деньгами, но сами братья горели возможностью работать и тренироваться даже бесплатно. Им было интересно ощущать себя не такими как все. Однако в процессе мы столкнулись с первыми трудностями. Как уже говорила, младший из близнецов, Ильгиз, который родился на два часа позже своего брата Драгослава, обладал меньшим запасом жизненных сил. Его иммунная система дала сбой, болезнь вернулась, пришлось начинать лечение заново. Боли купировались сильнейшими наркотическими препаратами. Как итог, мы получили очень способного телепата-наркомана. Его личность деградирует, но способности наоборот возрастают. Поэтому мы держим его здесь, под присмотром. Мы не можем его отпустить, на свободе он способен натворить бед.
Звучало это… сомнительно, хотя, возможно, и близко к правде. Громов не стал комментировать, спросил о судьбе второго брата-близнеца.
- Драгослав Маркович выглядит не в пример лучше. Он выше, стройнее, взрослее Ильгиза. Им обоим исполнилось 21 год, но по Ильгизу этого не скажешь. Он хил и убог. Что касается Драго… его способности к телепатии меньше или, выражусь по-другому: иного свойства. Драго «чувствует» людей, которые перед ним, а Ильгиз – тех, кто находится на любом расстоянии. Ильгиз показывал хорошие результаты при работе с Каменными зеркалами, а Драгослав в этом совсем бесполезен, но зато управляет людьми, словно кукловод. Даже способен приказать человеку убить себя, преодолевая важнейший инстинкт самосохранения. Жертва с силой бьется головой о камень до тех пор, пока не разобьет череп.
- У вас есть «зеркала»? – спросил Юра, понимая, что не спросить очевидного означает нарваться на ненужные подозрения.
- Есть, - подтвердила Элен. – И у меня в связи с этим предложение для вас Не желаете ли попробовать себя оператором одного такого артефакта?
Она уставилась на него своими ледяными глазами, и Громов отвернулся.
- Я не телепат. Или вы хотите мне сказать, что пока я был в беспамятстве, вы тестировали на мне аналогичное лекарство?
- Нет, вам ничего такого не вводили. Вы были слишком слабы для подобных экспериментов, да они и не планировались. У вас, Юра, свой талант. Не хотите спросить, какой? Или догадываетесь?
- Понятия не имею.
- Вы – «человек-белая дыра». Как бы это объяснить попроще… В космосе, говорят, встречаются такие объекты, белые дыры, которые, в противоположность черным, не засасывают в себя, а выбрасывают материю в пространство. В «Ямане» это называется, кажется, «око шторма».
- «Глаз урагана», - поправил Громов. - Вы точно это установили на мой счет? Я такой «глаз»?
