- Раскопки, мне кажется, застопорились. Сейчас там зима, не самый лучший период для поисков. О том, что происходит в параллельном мире, Сперанский надеется выведать поточнее через свою дочь. На Крозе творится нечто странное, а Доберкур своими телепатами с нами почти не делится. Говорит, связи нет. Мне не совсем понятно, сможет ли Громов в качестве полноценного «глаза урагана» обеспечить нам стабильный коридор. Сами-то вы как думаете? Громов все же ваш человек. Насколько он надежен и правда ли, что чистый «глаз урагана» справится лучше телепатов?
- «Глаза урагана» нестабильны, как и все выжившие. Я бы не особо на него рассчитывала. Зеркало Громов, возможно, и сможет активировать, но вот на дальнейшее сотрудничество надеяться не стоит. Пока мы не устраним диффузию, выжившие представляют опасность. Но когда мы ее уберем, они станут бесполезны.
- Вы сказали «все выжившие». Но вы тоже выжили в Антарктиде. Вы тоже нестабильны?
- Да, Антуан, - подтвердила Пат, сверля его невозмутимым взглядом. - Поэтому не выводите меня из себя – целее будете.
Де Трейси рассмеялся, сочтя это шуткой.
- Значит, ставка Сперанского на днк-коррекцию обещает нам гораздо больше, если сработает. Братья Марковичи хотя бы не устраивают катаклизмов.
- Не знаю, - ответила Пат. – Телепаты Доберкура – темные лошадки. Они и мне пытались морочить голову. Я их не люблю.
- Но вы их раскусили?
- Тот случай я пресекла, но мы не застрахованы от новых попыток. И вот что еще меня удивляет, Антуан. В их передачах вы опираетесь на Элен, но почему не делаете ставку на собственный прототип? Его слова куда легче проверить, ведь по сути вы станете общаться с самим собой, пусть и через посредника. Или с ним что-то случилось?
- Мой прототип жив, но… как бы помягче… чрезмерно увлекся гималайскими практиками, - откликнулся де Трейси. – Увы, нет в жизни совершенства, он превратился в бесполезную единицу, помешанную на эзотерике и философии. Элен же наоборот, проявила находчивость и в параллельном мире сумела похитить Зеркало у Доберкура, заручилась поддержкой потенциального оператора. Конечно, русских всегда лучше соблазнить идеями, но и шантаж работает хорошо. Громов, кажется, делает успехи.
- Но вам известно все это только со слов телепата.
Де Трейси пожал плечами:
- Иных способов связаться с параллельным Крозе нет, а в последнее время и это не работает. Когда Мила Сперанская окажется у нас, я прослежу, чтобы она склонила Громова к полноценному сотрудничеству. Так что Мила нам нужна.
- Она – может быть, но точно не ее отец и не ее муж.
- Если Сперанский и задумал что-то, то я обломаю ему крылья. С вашей помощью и с помощью Москалева.
Пат удивленно откинулась на спинку стула:
- Разве Москалев пойдет против собственного тестя? Он полностью зависит от Командора. У него на пальце кольцо подчинения.
- Дмитрий Москалев ужасно амбициозный человек, и в рамках иерархии Ордена ему тесно. Если сделать ему выгодное предложение, то он собственную мать сдаст с потрохами. Забрали же мы у него «Солнечный нож»!
- Хотите получить шпиона в семье Сперанских?
- Уже получил, - улыбнулся де Трейси.
- И что вы ему пообещали?
- Деньги и карьеру, ничего необычного.
Пат поморщилась.
- Не волнуйтесь, мадам, это сотрудничество не продлится слишком долго. Его кровь послужит надежной гарантией нашего дальнейшего благополучия. Выскочки на то и созданы.
Она соображала долгие полминуты.
- Антуан, вы собираетесь устроить в храме резню? – недоверчиво уточнила она. – Или сказанное было аллегорией?
- Никаких аллегорий. Как еще доказать, что мы готовы сотрудничать с силами, которые выпускаем из многотысячелетнего заточения? Они будут недоверчивы и злы. И совершенно не способны отличить своих от чужих. Не забывайте, «Солнечный нож» - это еще и ритуальный кинжал бонпо, им совершали жертвоприношения, задабривая демонов и духов, и данная парадигма отлично знакома нашим потусторонним гостям.
- Я даже не знаю, что на это ответить.
- Ничего не говорите, мадам. Это всецело моя часть работы, которую я не стану перекладывать на хрупкие женские плечи. Надеюсь, вы не станете сочувствовать
- Нет, не буду. Но мне не по душе, что вы превратите древний храм в скотобойню.
- Лучше мы их, чем они нас, - жестко ответил Трейси. – Мадам, я прошу вас об одном: займитесь Милой Сперанской. Сам Сперанский мне совершенно без надобности, но его дочь... Обучите ее тонкостям и прикройте в нужный момент, и она отблагодарит с лихвой. Занимались же вы Грачом.
Патрисия качнула головой:
- Я подумаю, Антуан. Как только вы вернете мне мое Зеркало, так сразу и начну об этом думать.
- Оно не ваше, - напомнил де Трейси с ухмылкой. - Я называю его «Зеркалом Митридата» - по имени первого известного пользователя.
- Оно мое по праву находки! И не спорьте. Вы неправомочно присвоили его, и это действие не имеет иных толкований.
Ее собеседник развел руками, будто бы признавая себя побежденным:
