Он вздохнул, потирая небритый подбородок. Привести себя в надлежащий вид вчера и сегодня ему было некогда – непорядок, конечно, но все как-то не до того.
- С ней же ничего плохого не случилось, верно? Мы бы это почувствовали...
Оставив последний вопрос без внимания, как часто поступала ее мать, Адель повела плечиком, а затем тронула пальцем одну из белых фигур, спрашивая у Али:
- Дядя, это кто?
- Офицер, - ответил Салгиреев.
- Это Перехватчик, - заявила Адель и с непоколебимой уверенностью принялась сочинять дальше. Дотронувшись до черного короля, спрятавшегося от угрозы за рокировкой, она сообщила: - А это его противник по имени Большой Обманщик. Он всех обманывал долго-долго и прятался от всех тоже долго-долго, но Перехватчик его раскусил. Сегодня он ему волшебным мечом грозит, а завтра загонит в яму и победит. Совсем чуть-чуточку осталось. Скоро этой сказочке конец, и кто ее слушал – молодец.
Кир оторвался от своих мониторов на секунду и окинул взглядом шахматную доску: черному королю грозил мат в три хода.
- Адель, ты умеешь играешь в шахматы? – спросил он.
- Мама не хочет меня учить. Сказала, что жизнь похожа на игру, но я сама должна научиться, если захочу. Я вырасту чуть-чуть и научусь, - она пытливо всмотрелась в Салгиреева, - меня дядя Али-баба научит. Завтра.
- Почему Али-баба? – глупо переспросил Салгиреев.
- Дядя, ты сказку читал?
- «Али-баба и сорок разбойников»? Читал. В детстве.
- Так в ней про тебя написано. Не понимаешь, да? – Адель картинно закатила глаза. - Ты тоже прятался в горах в пустой бочке, а потом как выскочишь! Как всех разбойников победишь! Это вчера было. Забыл, что ли?
Салгиреев растерялся:
- Нет, не забыл, но... Это не вчера было, а давно уже. И я там не один прятался, - он перевел взгляд на молчаливо слушавшего сей странный диалог Грача, словно ища у него объяснений. – Это вообще-то была секретная операция. Откуда известно про бочки?
Грач развел руками.
- Я видела картинку у тебя за спиной, - Адель ткнула в Али пальцем. – Вон там! Мама сердится, когда я людям говорю, что у них вижу. Я картинки рисую, чтобы не говорить, но я альбом в палатке забыла. Ты не будешь на меня ругаться, Али-баба? Ведь это уже было, это можно рассказать, да? Ты все равно уже знаешь.
- Да я не против, собственно, - Салгиреев умолк на секунду. – Слушай, чудо-ребенок, вот так у тебя все просто: смотришь и видишь? – Он все еще не верил. – Ты же кроха совсем.
- Я скоро вырасту! – обиделась на «кроху» Адель.
- Прости, конечно, - спохватился Али. – А еще что-нибудь видишь про меня?
- Ты друга в горах потерял. Вчера потерял, а сегодня снова найдешь.
- Увы, так не бывает. Если потерял, так это навсегда.
- Бывает. Это колечко будет самое-пресамое правильное! Мила приведет твоего друга вместе с остальными пингвинами.
- С какими пингвинами?
- Из Антарктиды. Твоего друга Марк зовут, - Адель наморщила носик. – Или нет, не так... Он Максим. Но ты его «Марк» называешь.
- Она про остров Пингвинов на Крозе, - влез Мухин. – Там пленных с Ново-Второй держат, которые вместе с Громовым в Антарктиде пропали.
- Марк был в Антарктиде с Громовым? – Али взмахнул рукой и чуть не смел на землю шахматы. Грач принялся поднимать повалившиеся фигуры. – Максим Маркевич? Серьезно?
- Ты тоже был в Антарктиде, но в другом колечке. А в этом колечке вы в бочках прятались. Вчера. Ты только маме не говори, что я тебе сказала.
- Не скажу, - пообещал слегка ошалевший от новостей Салгиреев. – Даже если не сбудется.
- Сбудется. Мила будет очень стараться. Ей это новое колечко тоже подходит.
Грача заинтересовало другое:
- Значит, Мила все-таки выполнит наши договоренности? Раз она выведет пленников с Пингвинов, то первые два этапа спецоперации пройдут по плану, так? Ты видишь Милу?
- Милу не вижу, - пояснила Адель, уставившись в стол, - вижу дядю, который немножко хромает. И дядю Али-бабу, который с ним обнимается в правильном колечке. На Милу нельзя сейчас смотреть. Наверное, она стала
- Ну, это тебе нельзя, а мне можно, - Грач протянул ей руку. – Пошли на мостик твой, там будем ее караулить. Отведешь?
Адель перестала рассматривать ничем не примечательную дощатую поверхность и принялась рассматривать его руку:
- Хочешь снова за меня держаться?
Грач нетерпеливо кивнул:
- С тобой как-то надежнее.
Они с Адель взялись за руки через стол, и Грач закрыл глаза. Адель некоторое время выжидала, склонив голову к плечу, а потом тихо шепнула:
- Ба-бах!
Кир и Али, наблюдавшие за действом, ждали каких-то зримых метаморфоз, но ничего не увидели. Мухин, пожав плечами, вернулся к работе,
На расчищенном пятачке появился Вик, уходивший к причалу:
- Едут! – сообщил он, хотя шум моторных лодок уже доносился и сюда, особенно, если прислушаться.
Салгиреев принялся возвращать фигуры на доске в исходную позицию. Партию свою доигрывать он не собирался и готовился, если понадобиться, подсказывать Грачу. Вик присмотрелся к застывшему в трансе другу, кивнул, принимая это как данность, и опустился на стул.
