Миле было приятно, что товарка считала ее подходящей для Соловьева парой, но сама не разделяла этого мнения. Про свою внешность она все прекрасно понимала, не было в ней ничего, способного мгновенно околдовывать. Рост – средний, телосложение худосочное (а ведь мужчины не собаки, на кости не бросаются). Лицо – тоже ничего особенного. Мила привыкла брать ухоженностью, правильным неброским макияжем, хорошей одеждой по фигуре, скрывающей недостатки, и стильной прической. Все этого – и одежды, и макияжа – она была сейчас лишена, парикмахерскую не посещала три месяца и отросшие волосы закалывала в безобразный пучок. Совсем недавно это ее устраивало, ей нужно было не выделяться, но в данной ситуации затрапезный вид и отсутствие приличного гардероба играли против нее. Что же до несомненных достоинств… Чтобы эти достоинства продемонстрировать, нужно свободное время и обоюдное желание общаться в самых различных обстоятельствах. А Вик вряд ли захочет продолжать знакомство, когда нападет на след пропавших артефактов.
Сегодня Мила задала ему прямой вопрос про жену, надеясь услышать в ответ, что никакой жены не было, что все это выдумка, придуманный образ, но Вик ничего не отрицал! Более того, сказал, что нельзя заставлять любить насильно. Он, дескать, отошел в сторону, чтобы не мешать – и получил свою награду, дождался новой встречи и новой любви.
Миле было горько, и чтобы скрыть свою боль, она начала рассказывать о муже. Пусть уж Вик думает, что она грустит о прошлом, чем о невозможном будущем. Слава богу, хватило ума не выкладывать совсем уж омерзительных подробностей. Мила была уверена, что Вик, узнав о вещах, что она позволяла творить над собой, будет ее презирать. Или жалеть – и не известно, что хуже.
Надо было выкинуть Соловьева из головы, не думать о нем, оставить между ними сугубо деловые отношения, но Мила, кажется, уже не могла. Соловьев был как огонь – манил и обжигал, пугал своей мощью и согревал. Ей было хорошо с ним и в то же время плохо, потому что она подозревала, что ничего у них не выйдет. Правы девчонки: Соловей разобьет ей сердце, потому что с его харизмой найти подходящую и при этом красивую подругу, не отягощенную браком с упрямым садистом, не проблема.
Распрощавшись с Галей на пороге, Мила начала снимать плащ – и застыла, вспомнив, что так и не купила телефон и симку. А не купила она их потому, что забыла паспорт. Он оставался все это время у директрисы.
Телефон был для нее сейчас самой насущной вещью. Мила взглянула на часы: пять минут восьмого. Безруцкая уходит в семь, и если повезет, если она не закончила рабочий день раньше положенного, то Мила еще успеет добежать до салона. Салон связи в супермаркете закрывался в 21.00.
Девушка подхватила сумочку и пулей вылетела из спальни. Даже дверь не заперла. Она никак не могла сообразить, стояла ли на площадке машина директрисы.
Вылетев в холл, Мила увидела, как за Безруцкой закрылась входная дверь. Она узнала ее модное оливковое пальто и сумку от Гуччи (наверняка фальшивую) и припустила следом.
- Дарья Ивановна! Дарья Ивановна! Подождите!
Безруцкая направлялась к парковке, но оглянулась, с неудовольствием поджидая Москалеву:
- Что случилось?
- Пожалуйста!... Мой паспорт… он у вас, а мне он нужен…
Мила дышала тяжело и запиналась. Безруцкая смотрела на нее с кислой миной.
- Зачем вам паспорт?
- Хочу купить телефон. Без паспорта не продадут. Нужно получить местный номер и позвонить… Это срочно!
- Почему бы не попросить у кого-то из девушек? Паспорт в кабинете, а я уже уезжаю.
- Пожалуйста! Мне нужен собственный телефон. И вообще, - Мила пошла в атаку, - я не должна была оставлять вам паспорт надолго. Его не отдают никому, а я сглупила.
- Не хотите же вы сказать, что не доверяете мне? Или, может, я воспользовалась вашей беспомощностью и уже взяла на вас кредит в банке? - гневно заговорила Безруцкая.
- Нет-нет! Я вас не виню! – перебила Мила. - Но я имею право забрать свой документ по первому требованию.
- Отдам завтра.
Директриса отвернулась, но Милка схватила ее за руку:
- Завтра у меня полноценный рабочий день, ведь отгул я брала лишь на сутки. Я успею сходить в салон до закрытия! – у нее на глаза навернулись слезы. - Дарья Ивановна!
- Ну, хорошо, не ной, - смилостивилась та. – Так и быть, поднимусь в кабинет. Цени мою доброту!
Мила получила свой паспорт обратно. Довольная, она поспешила в город. До закрытия салона оставалось еще больше часа, но девушка почти бежала, торопясь сделать покупку.
- Ноги не поломай, сумасшедшая! – крикнул ей в спину сторож Михалыч, неодобрительно качая головой. – Эх, лалай-балалай...
Мила лишь крепче прижала к груди сумочку. Вик просил ее не гулять по городу в одиночестве, и она дала слово, однако ей почему-то казалось, что если бежать, то выйдет быстрей, и обещание как бы не будет нарушено. Супермаркет совсем близко, никто не узнает и никто не догонит.
