Души нет давно у того злого мага,Души нет давно, он привык уж к тому,Но каждый, кто в бездну хотя бы заглянет,Всегда слышит стоны иль крики творца.Волшебник — творец, он способен к созданию,Способен любовь создавать, красоту.Волшебник — хранитель запретнейших знаний,Которые редко нужны ли кому.Волшебник смеялся, когда шёл по краю,Волшебник смеялся, когда вдруг упал,Давно, правда, видели злую ухмылку,Которая всем помогала узнать.Души нет давно у того злого мага…А зол ли он так, как о нём говорят?Давно он ослеп и давно чёрство сердце,Давно проклял всех, кто мешали ему…Волшебник вполне может счастье разрушить,Волшебник вполне может счастье создать,Но в сердце одних он всегда разрушитель,А в сердце других он навечно творец.Его колдовство — только горя творение,Его колдовство — лишь усердия плоды.Давно всё разрушилось в танце стихии,А магия всё же жива в колдуне.Души нет давно у того злого мага,Души нет давно, может, он и привык.Когда-то смеялся над бездной и счастьем,Теперь уповает на милость творцов.Других. Молодых. И жестоких не меньше.Сильнейших и гордых. Но всё же иных.Смерть стала подругой им очень давно,Но несколько лет стали новой ступенью,А маг тот живёт, еле дышит уже.Души давно нет у того злого мага.Души нет давно, он привык уж к тому,Но всё же порою виденья есть в бездне,Которые стали ему, как глаза.Как сердце, как старое гордое сердце,Как сила, которой лишился в беде.Души нет давно. И не может быть больше.Он душу свою потерял там. В пути…

Мердоф с огромным интересом наблюдал за операцией. Хоффман редко приглашал его на такие важные мероприятия, и паренёк был рад, что в этот раз он смог увидеть это своими глазами, а не на видеоплёнке. На операционном столе лежала девочка лет одиннадцати или двенадцати. Юноша прекрасно помнил, что операцию над ней не показывали всем желающим, как всегда. Мердоф точно знал это. Он старался не пропускать ни одного такого показа.

Вэлэриу Грацеда смотрел за происходящим в операционной с таким видом, будто готов был убить молодого графа, но не смел делать этого. Юноша видит это и про себя замечает, что должен будет, если что-то пойдёт не по плану, убить и герцога вампиров. Хоть это, бесспорно, не будет не иметь последствий для него. Мердоф залезает рукой в карман, нащупывает пистолет, всё это время не сводя со старого вампира взгляда. Грацеда в какой-то момент замечает это и начинает сам смотреть пареньку в глаза. Смотреть вампиру прямо в глаза равно смерти. Но отвести взгляд очень трудно. Почти невозможно. И Мердоф не настолько силён магически, чтобы что-то предпринять сейчас. И кажется, Хоффман чувствует что-то, хоть и не видит ни герцога, ни своего помощника. Георг резко разворачивается, оставляя на некоторое время Розу на операционном столе без должного внимания. Он быстро встаёт между герцогом Грацеда и Мердофом. Парень, наконец, чувствует, что всё в полном порядке. Девочка истекает кровью, но никто не подходит к ней пока. Когда Хоффман замечает что-то неладное и снова возвращается к эксперименту, Роза отчего-то вздрагивает.

— Грацеда, подайте мне пузырёк с той зелёной жидкостью. Скорее! — почти кричит граф, и герцог дрожащими руками протягивает этот препарат.

Перейти на страницу:

Поиск

Книга жанров

Похожие книги