Тонкий и узкий клинок в её руке смотрится весьма органично. Не то что, когда оружие в руки приходится брать Эниф — той девчонке только и быть сестрой милосердия в команде пик — или Мире. Или Эрне Хоу. Все трое с каким-либо оружием смотрятся просто нелепо. Иногда Константину хочется фыркнуть от смеха и спросить: эти девчонки хоть примерно представляют, что они будут с этим оружием делать? Эниф и Эрна, пожалуй, гипотетически представляют. Одной приходится постоянно латать раны Эйбиса Вейча, а вторая влюблена в легенды, в которых, если прочитать их, а не краткий пересказ, как поступил весьма сообразительный — как оказалось — Леонард Кошендблат, весьма много сражений, поединков, уличных драк, потасовок… И рыцарские турниры — девчонки же так любят читать о рыцарях. И читают, разумеется, самые глупые и неправдоподобные сказки, которые только возможно найти.
Миранда улыбается. Спокойно. В её позе, в её улыбке столько достоинства, сколько никогда не было и в десятке аристократов Академии. Она замечательная, удивительная, стойкая. Таких людей, как она, встретить слишком сложно.
Она прекрасна сейчас с этим оружием в руках…
У неё есть старший брат. Вечно хмурый, вечно растрёпанный Майкл. Часто подвыпивший. Постоянно шляющийся по борделям. Обычный придурок, которого Константину постоянно хочется придушить. Впрочем, наверное, самой девушке Райн никогда этого не скажет — та брата, кажется, весьма любила, хоть и сердилась порой за какие-то глупые проступки. Миранда порой кричит на него, порой может влепить ему такую затрещину, что мало не покажется, но терпит все его глупые выходки. Впрочем, наверное, и сам Райн простил бы своему брату всё. И всё же её выдержке Константин поражён.
Эдуарду никогда не нужно было чего-то прощать.
Мира совсем не такая, как Миранда… Слабенькая, хрупкая подружка фальранского князька… Наивная и милая девушка, которую так легко было бы сломать, переломить пополам… И которую ломать пока совершенно не хотелось. С ней было легко. Было забавно наблюдать за её смущёнными взглядами, за её подрагивающими плечами… Она вся была такая хрупкая, такая невесомая, воздушная, такая тоненькая… Её было жалко. Кажется, совсем недавно у Миры умерла мать.
Константин сам не знал, зачем подарил Андреас куклу. Это было как-то слишком странно для него самого. Ему просто захотелось… Константину казалось, что он способен мыслить весьма рационально, что глупыми эмоциями и желаниями его разум уже не должен руководствоваться. Ему почти обидно из-за той минутной слабости. Впрочем, теперь уже глупо о чём-то жалеть. Подарил и подарил.
— Больше, чем ты думаешь! — смеётся Миранда, выдыхая фразы прямо в его губы. — А перережу в будущем во много раз больше!
Константин смеётся ей в ответ. Почему ему сейчас так странно весело? Когда-то давно — до смерти Эдуарда — он был добрым ребёнком… Отзывчивым, весёлым, готовым помогать людям и любить их. Интересно, стал бы он столь чёрствым, если бы Эдди тогда не был убит? Быть может, всё пошло бы совсем иначе… Быть может, Константин уже закончил Академию и жил в той тихой деревушке, где они с братом жили. Он бы не строил планов мести… Он был бы глупым насмешливым мальчишкой вроде Эйбиса Вейча или забавным, вечно спешащим непонятно куда, вроде Леонарда Кошендблата.
— Трудно представить, что такая тоненькая и изящная девушка может убить любого мужчину!..
Подзадоривать Миранду — это занятие дарит Константину столь сильное эстетическое наслаждение, что он вряд ли когда-нибудь сможет от этого отказаться. Ему нравится видеть, как блестят её тёмные глаза, нравится видеть насмешливую улыбку на её губах, нравится чувствовать её раздражение, не переходящее в гнев, нет — этого бы Константин не пережил. Не потому, что ему было так дорого её хорошее расположение духа. Потому что она сама просто не оставила бы его в живых, если бы рассердилась на него по-настоящему. Он не её брат. Не Майкл, которому Миранда может простить всё, пусть и не всегда сразу. Он не тот человек, который по-настоящему дорог ей. И от этого почему-то Райну становится жутко больно и обидно.
Он слышал о ней с самого детства. Трудно не знать. Сколько было имён у Миранды Эстеллис — вряд ли кто-то знает наверняка. Одно из самых известных — Изольда тер Галлиантор, баронесса Луижсская и Фернольгарская. Кажется, это было её настоящее имя. Она всегда подписывала все важные бумаги именно им. А, может, это имя просто нравилось ей более других. Или с ним было связано что-то важное для этой девушки.
