В легендах писали, что со смертью Сонма всё закончилось. Всё то зло, которое они причинили, кануло в бездну — так писалось в легендах. Все те беды, которые произошли по их вине, исчезли, словно их и не было. Что все те злодеяния, совершённые ими, стали просто историей, которую лишь следует вспоминать, чтобы избежать повторения.
Константину думается, что всё совсем не так. Со смертью Сонма всё только началось. Тогда. И не заканчивается по сей день.
В легендах многое преувеличивали. Явно. Константин никогда в них особенно не верил. Верил Эдди. Верила Мира. Верила Эрна. Многие верили. Но ему самому всегда казалось, что всё было совсем не так. Даже если и были те люди — те безумцы и смельчаки, что решились бросить вызов вековым устоям, — разве не были они достойны хоть какого-то уважения? Да и смогли бы они разве сделать всё то, что о них говорили? На это не хватило бы и жизни. Впрочем, плевать. Какое дело Райну до глупых сказочек Эрны? Девчонки могут верить во всё, во что им пожелается. Они по природе своей суеверны и впечатлительны.
Пусть верят во всё, во что только хотят верить. Константину совершенно плевать, что именно это будет. Всё равно всё это — лишь глупые сказки для маленьких детей. Эдуард верил и в богов, и в природу — много ему это помогло? Почему это ему не помогло?! Почему брат Константина — добрый и тихий Эдди — теперь гниёт в могиле, а эта сволочь Луис Вилланд жив?! Почему ни один из его детей не мёртв и не болен?! Почему здорова его жена?! Почему сам он здоров?! Почему Константину каждый месяц, если не чаще, приходится видеть его наглую самоуверенную рожу?! Почему Райну приходится так часто видеть улыбку, что больше похожа на оскал, этого чёртова инквизитора?! Что же… Ничего. Когда-нибудь Константину удастся стереть эту самоуверенную ухмылку с лица Луиса Вилланда. И парень уже прекрасно знает, как сделает это. Осталось только подождать. Ещё совсем немного. Константин ждал почти шесть лет. Ничего. Ещё один год он вполне способен потерпеть.
