— Вот бы посмотреть, как звонарь будет звонить?
— Сегодня в час как раз и будет.
— Но ведь темно же!
— Нет, там у них отличное освещение. Я уже смотрел… — Скромно добавил Алёша.
— Сегодня Рождество… — Тихо сказала Тамара, отрываясь от подзорной трубы, но взглядом продолжая смотреть в ту далёкую точку, которую Алёша вычислил интуитивно. — Я буду в храме, а не на крыше.
— Я тоже. — Отозвался Алёша.
Он хотел было начать собираться, так как становилось совсем темно, но Тамара попросила ещё посмотреть, только сама. И тут вдруг его разобрало страшное любопытство и он прямо в лоб задал может быть некорректный вопрос.
— А за что Вас выгнали отовсюду, Тамара?
— За конкретные материалы, передачи, статьи. — Коротко пояснила девушка, нисколько не удивившись вопросу и продолжая медленно двигать трубу по линии горизонта.
— Ну из газеты-то за что?
— Да дело не в газете, а вообще. Вообще в средствах массовой информации. У нас в городе-то, ой, всего две газетки, час на радио и полчаса на телевидение. Вот тебе и вся местная информация!
— Ну всё-таки свои.
— Не-ет… — Протянула Тамара и оторвалась от трубы. — Свои только по географическому определению, а по внутреннему содержанию чужие.
— Как же это, как это так?
— Ну вот посмотри в трубу, Алёша! — Скомандовала девушка.
Алёша посмотрел в окуляр и увидел городской парк, который раскинулся на высоком берегу реки.
— Что видишь? — Спросила Тамара.
— Парк, что ещё?
— Внимательно смотри, какие детали?
— Какие детали? — Не понял Алёша.
— Строительство памятника видишь?
— А-а, это! Ну и что же здесь интересного? Памятника-то самого пока ещё нет, только постамент.
— А знаешь, что было здесь раньше?
— Нет.
— В городе есть музей, а ты не знаешь.
— Мало ли что музей, вот Вы мне расскажите.
— Ты заметил, как за последние восемь лет в нашем маленьком городке все церкви открыли?
— Заметил, это хорошо. — Одобрительно кивнул Алёша, не отрываясь от своей трубы.
— Это хорошо, но мало. — Сказала Тамара. — Все храмы, те что остались и открылись, уже не вмещают людей. Какой напрашивается вывод?
— Строить новые.
— Правильно. А где?
Алёша оторвался от трубы и посмотрел на Тамару.
— Где строить новые? — Повторила она свой вопрос и не дожидаясь ответа, произнесла: — наверное, на старых местах, где прежде стояли они.
— Наверное, да. — Согласился Алёша.
— Так вот в том парке, где сейчас эти идиотские карусели, аттракционы, да дискотека, до войны стоял ещё Собор. А Собор — это главный храм в любом городе. И вот ты видишь, все храмы открыты, а соборного нет. И сама история подошла к тому, чтобы восстановить историческое место, которому не много ни мало, а 900 лет! Много потребовалось бы усилий, чтобы разобрать карусели?
— Да нет, наверное, не много. — Удивлённо произнёс Алёша, начиная смутно улавливать мысль своего собеседника.
— А вот когда построят этот памятник, легко ли будет решить вопрос о восстановлении Собора на прежнем историческом месте?
Алёша молчал. Он увидел всю ясность мысли Тамары и пелена будто спала с его глаз. Он растерянно посмотрел на девушку.
— Это был мой последний сюжет на телевидении. — Сказала она. — Наша администрация ясно под чью дудку пляшет, но где же были музей, где была эта пресса, где было общественное мнение?
— А при чём тут музей? — Не понял Алёша.
— Когда начали копать котлован под фундамент, обнаружили культурный слой XII—XIII веков. Что делать? Да бросить всё и дать возможность работать археологам, учёным! А вот тот самый постамент, который ты видишь, это масонская печать на твоей истории, Алёша.
— Масонская печать? Что это такое?
— Да ладно, я пошутила. — Усмехнулась Тамара. — Теперь ты понимаешь, почему меня отовсюду выгнали?
— Понимаю, — произнёс Алёша и добавил, — немного.
— А вообще, дело твоё и мне по душе тоже. Я могу тебя свести с интересным человеком, который вроде тебя, подобные записи ведёт.
— Подобные записи? — Насторожился Алёша.
— Да, только он записывает, когда и что снимать.
— Фотограф, в смысле?
— Профессиональный фотограф, но не фотограф-профессионал. Он тоже по крышам лазает.
— Ну я-то чем могу быть ему полезен? Я же любитель, так, для себя.
— Так он тоже любитель. Вон, из столицы приехали киношники про наш город документальный фильм снять, походили-походили, полазили-полазили, да и собрались было возвращаться ни с чем. А тут я как раз под руку подвернулась и свела их. Целую неделю он их водил по разным точкам. Уехали до-овольные! Обещали зимой приехать и весной, чтобы новые материалы доснимать.
— И что, фильм про наш город будет?
— Теперь будет. Вот ты бы с ним познакомился, глядишь, общая польза для обоих.
— Чтобы с моих точек снимать, оптика должна быть хорошая. — Важно заявил Алёша.
— У него хорошая, я знаю, — ответила Тамара и неожиданно вдруг спросила: — а ты старые открытки по городу не видал?
— Старые открытки по городу?
— Ну те, что до 1917 года печатались. Тогда мода такая была — виды городов снимать.
— Нет, не видал.
— А я знаю одну старушку, у которой целый альбом. Там есть и такие, с высоты птичьего полёта.
— Да нет, как это так? — Удивился и не поверил Алёша.
— Ну с колоколен снимали, понимаешь?
