– Сначала принеси сухую одежду, – повторил я, снимая тунику и рубаху и бросая их на пол.
Несколько крошечных язычков пламени начали лизать сухую древесину, я подул на них, чтобы помочь разгореться, и подбросил еще несколько поленьев. Я собрал с пола несколько камышинок и добавил их к тлеющей кучке. Они были сухими и должны были быстро загореться.
Переступив через спящих, Эдо прошел к моему мешку, лежащему около стола и пошарил в нем. Теперь Уэйс сел на своей постели, ошеломленный и моргающий, а остальные парни зашевелились под одеялами. По лестнице, подпрыгивая, спускалась огненная точка. Это был управляющий со свечой в руке.
– Я услышал шум, – сказал он, нахмурившись. Его лысина нарядно блестела в свете огня. – Все в порядке?
Когда Эдо принес запасную одежду и свой собственный плащ, я поднялся с табурета.
– На меня напали, – ответил я. – На улице около церкви Святого Эдмунда.
Вигод остановился, вероятно, смущенный моим видом и новостями.
– Напали?
Я уже натягивал сухую тунику.
– Да, напали. Другой рыцарь. – Я плотнее запахнул плащ. – Француз, – добавил я.
– Француз? – Уэйс продолжал зевать.
– Ты, должно быть, ошибся, – сказал Эдо.
– Нет, – ответил я. – Я его видел. И слышал, как он разговаривает.
Эдо покачал головой.
– Но почему француз напал на тебя? И к тому же, в королевском городе?
– Тем не менее, это правда, – сказал я и отвернулся, чтобы расшнуровать мокрые штаны и дать им упасть на пол. Воздух неприятно холодил голый зад, и я торопливо потянулся к сухой паре. Я сразу почувствовал, как ноги начали согреваться, кровь покалывала ступни и кончики пальцев.
Закончив завязывать штаны, я сразу повернулся к управляющему, чтобы спросить о Гилфорде.
– Где он?
– Думаю, спит в своей комнате, – сказал Вигод.
– Ты уверен?
Управляющий растерянно посмотрел на меня.
– Что ты хочешь сказать?
Если Гилфорда нет в постели, то я мог быть почти уверен, что видел на улице именно его.
– Разбуди его, – попросил я.
– Зачем, ты ранен?
После всех ночных приключений я чуть было не забыл о драке и порезе на щеке. Я прижал к ней руку, мои пальцы ощутили тепло и окрасились в красный цвет, но я слишком промерз, чтобы чувствовать такую пустячную боль.
– Просто приведи его сюда, – сказал я.
Вигод поспешил прочь, а я тем временем рассказал всем проснувшимся, что случилось: как я не мог спать и вышел прогуляться, чтобы проветрить голову; как вдруг обнаружил нож у себя на горле; как мне удалось отбиться от злодея и удрать к причалам, а потом прятаться от него в реке. Но я ничего не сказал о двух мужчинах, которых видел около церкви, а тем более о том, что одного из них я принял за Гилфорда; этот вопрос я хотел прояснить, глядя ему в лицо.
Кроме того, когда я уселся около очага, и мое сердце перестало колотиться в груди, как загнанный кролик, я обнаружил, что в мою душу закрадываются некоторые сомнения. В конце концов, было темно, я устал, а тот человек стоял ко мне спиной, и я не мог ясно разглядеть его через густые хлопья снега.
– Как выглядел тот бандюк? – Спросил Эдо.
– Высокий, со шрамом над левым глазом, – я словно снова видел его перед собой. – Волосы подстрижены по-нормандски. Лет на пять старше меня. – Я еще раз провел пальцем по щеке. На этот раз плоть отозвалась острой болью, и я вздрогнул. – Хороший боец, кстати.
– А что насчет второго, который был на коне?
Я покачал головой.
– Я его не разглядел.
На лестнице послышались шаги, на этот раз управляющий вернулся с двумя слугами. Один из них был Осрик, а второго мальчика я до сих пор не видел; он был ниже ростом и казался младше, с темной шапкой кудрявых волос.
– Он сейчас придет, – сказал Вигод, немного удивив меня, ведь я был уверен, что он найдет постель капеллана пустой.
Но, с другой стороны, я был, так сказать, занят некоторое время, и он мог вернуться в дом задолго до меня. Я чувствовал, как сердце встрепенулось в груди, по крайней мере у меня была возможность понаблюдать за ним. Я желал добиться объяснений.
Мальчики занялись огнем, и очень скоро он горел с прежней яростью; холодок пробежал по моей спине, и я понял, что все еще дрожу. Осрик ушел и вернулся с двумя железными ведрами, наполненными водой, которые он подцепил к вертелу в очаге.
– Принеси мне что-нибудь поесть, – сказал я ему.
Он посмотрел на меня пустыми глазами, и я вспомнил, что он не понимает по-французски. В отчаянии я посмотрел на Вигода.
– Breng и Drync, – громко сказал управляющий.
Осрик хмыкнул и поспешил в конец коридора.
– Ты знаешь, почему он напал на тебя? – Спросил Уэйс.
Я пожал плечами, хотя мне было ясно, что дела двух церковников не были предназначены для посторонних свидетелей. Оба рыцаря, должно быть, были на службе у одного из них. Я не мог найти никакого другого объяснения.
– Может, он был пьян, – предположил я, хотя был уверен в обратном.
Уэйс нахмурился, его здоровый глаз сузился, а второй совсем закрылся, и любой, кто не знал его так же хорошо, как я, мог подумать, что он подмигивает мне.
– Ты его разозлил? – Спросил он.
