— Как ты, Рой? — неожиданно спросил Барт.
Друг пожал плечами.
— Сейчас уже нормально, — Рой поднялся с кровати и присел на подоконник рядом. — Я понял, что бесконечным сожалениям и упоению горем есть альтернатива — дарить радость тем, кто сейчас находится рядом. Это помогает мне. Ты тоже попробуй.
Бартоломью улыбнулся мудрости своего друга. Совершать добрые поступки для других людей вместо тех, кого ты потерял — только такой чуткий и бескорыстный человек, как Рой, мог бы до такого додуматься. Барт же был слишком зациклен на себе и своей ошибке, чтобы вспомнить о людях вокруг. Может быть, поэтому Дейзи от него отвернулась — она поняла, кто он на самом деле. Самовлюбленный эгоист.
Настоящее время (15 сентября)
— Мои поздравления, Дикинсон!
Коннорс удовлетворенно улыбнулся, пробежав взглядом по бумагам, которые Бартоломью бросил на его стол — разрешение вернуться к работе, подписанное психотерапевтом.
— Спасибо, — поблагодарил Барт, выдавив из себя улыбку. Он сам узнал эту новость десять минут назад, придя на очередной сеанс. Он надеялся на разговор с Дейзи, но она, судя по всему, так сильно не хотела его видеть, что оставила документы секретарше и даже не появилась.
— Как ты добился получения разрешения раньше срока? — с интересом спросил довольный начальник.
— Да так. Пришлось прибегнуть к… тяжелым аргументам, — ответил Бартоломью, непроизвольно сжав пальцы правой руки в кулак. При одной мысли об Энтони Томасе в груди всколыхнулась ярость.
— Молодец! — шеф одобрительно похлопал Барта по плечу. — Выходишь в пару к Корнеру завтра.
Дикинсон кивнул и вышел из кабинета начальства. В коридоре его уже поджидал Роби Корнер.
— Это надо отметить! — напарник потер руки. — Пивной бар, мы идем!
Дикинсон скривился.
— Прости, Роби, не сегодня. Что-то нет настроения, — Барт устало плюхнулся в крутящееся кресло. — Я действительно много пью в последнее время. Пора с этим завязывать.
— Ну-у… — со вздохом разочарования протянул напарник. — Ты мне еще на прошлой неделе обещал. Ты ведь не занят. Не так ли? — он пристально уставился на Барта.
Бартоломью вздохнул. Он и правда ничем таким не был занят. Да и Корнер не отвяжется, к тому же обещания нужно сдерживать.
— Не занят. Ладно, идем, — согласился он.
Оставив личный транспорт на парковке и вызвав такси, Барт и Роби отправились гулять. И в конце концов крылышки «Баффало» и сырные шарики с пивом оказались не таким уж плохим ужином. После третьей бутылки Корнера потянуло на знакомства с девчонками, и он довольно быстро подцепил симпатичную брюнетку с короткой стрижкой и разноцветной татуировкой дракона на шее. Барт на этом празднике жизни был лишним и, попрощавшись, оставил голубков наедине.
Когда Бартоломью прицеливался ключом в замочную скважину своей квартиры, зазвонил его мобильник. На экране высветилось имя пожилой соседки с шестого этажа.
— Здравствуйте, миссис Браун… — Барт приложил телефон к уху и прижал его плечом. Женщина уехала из города и просила поливать ее оранжерею. — Не волнуйтесь, нематантус не засохнет, — пообещал Бартоломью, пораженный тем, как смог выговорить это слово после четырех бутылок пива.
Шерил Браун была вдовой, и в Нью-Йорке у нее никого не было. Дочь жила далеко. Через какое-то время после знакомства с Бартом, который не раз помог с доставкой продуктов, Шерил Браун оставила ему ключ от своей квартиры. Может, она боялась, что в один прекрасный день не сможет встать с кровати, и хотела знать, что кто-то откроет дверь и найдет ее.
Взяв ключи от квартиры соседки, Бартоломью спустился на шестой этаж. Квартира миссис Браун была слишком большой для одинокой женщины. Видимо, одна из комнат была ей вообще не нужна, и поэтому в ней не было ничего, кроме горшков с растениями. Засучив рукава рубашки, Барт принялся за дело.
Он закончил с поливом цветов где-то минут через двадцать, и даже почти не залил пол, несмотря на то, сколько принял на грудь. И чувствовал себя молодцом. Барту оставалось лишь снова наполнить пустые бутылки водой, как вдруг он услышал какой-то странный шум за окном. Как будто кто-то шаркал ногами по карнизу.
«Показалось, наверное», — решил он, даже не подумав проверить. Это уже походило на профессиональную деформацию. В голове одни самоубийцы, которых нужно спасать. Да и кто в здравом уме полезет на этот карниз? Он же на шестом этаже, после падения можно и не умереть вовсе, а остаться овощем.
— Бр-р-р, — Барт поежился от своих мыслей, подхватил четыре пластиковые бутылки и пошел на кухню. Бросив их в раковину, он заглянул в холодильник. Голодным Барт не был, но миссис Браун знала, как он любил ее пирожки с ветчиной и сыром, и всегда оставляла их для него. Грех было отказаться от угощения.
— А вот и моя прелесть… — Бартоломью взял первый пирожок и почти целиком засунул в рот. Но едва его зубы сомкнулись на румяном тесте, странный звук за окном повторился.
