Там пришлось съехать с квартиры. Без Квентина она совсем растерялась. Когда он вернется? Джед старался не говорить плохо о кузене, он просто пригласил Там пожить у него в квартире, пока она сама не станет на ноги. Из его окон не открывался захватывающий вид на реку, в комнатах не было элегантной французской мебели, не было бесценных азиатских диковин. Не стяжатель по природе, Джед старался не выходить из бюджета стипендии и собственных накоплений. Он не брал ни доллара из денег Вайтейкеров-Слоанов.
Прошло несколько недель, и Там поняла, что беременна.
Джед вызвался лететь в Бостон, чтобы силой заставить Квентина приехать к ней в Сайгон, но Там не позволила. Если бы Квентин хотел, то сам вернулся бы к ней. Ей не по душе, что на его решение может повлиять лишь известие о будущем отцовстве. Она будет ждать.
Беременность протекала тяжело. Там часто впадала в депрессию, потому что от Квентина не было никаких известий. В ожидании его возвращения месяцы тянулись невыносимо долго.
В начале апреля настроение Там улучшилось, хотя она была очень тяжела, ноги у нее распухли, ей было трудно ходить, а родина ее оказалась на грани краха.
Там по-прежнему верила, что Квентин увезет ее из Вьетнама и они счастливо заживут в Бостоне.
И теперь Джеду было очень трудно лишать ее иллюзий. Он молчаливо успокаивал ее во время артобстрелов, сжимая ей ладонь.
В холле за дверью в квартиру раздались шаги. Почти рассвело. В городе комендантский час, а дом почти необитаем. Неужто за работой еще один мародер вроде Ребекки?
В дверь постучали. Один раз. Кто-то за дверью говорил по-вьетнамски.
Глаза Там вдруг осветились радостью. Она живо спрыгнула с кушетки.
— Что он сказал? — спросил Джед.
Улыбаясь во весь рот, Там обернулась к нему через плечо:
— Помощь из Бостона! Я же говорила, Джед, говорила!
Джед усомнился, но Там уже распахнула дверь.
И тут же закричала и метнулась в глубь квартиры, а Джед, вскочивший на ноги, почувствовал, как в животе что-то резануло при виде автомата АК-47, направленного на Там.
Прежде чем Джед смог что-либо сообразить, жирный вьетнамец выстрелил.
Там упала навзничь, и кровь окрасила ее рубашку. Она упала почти беззвучно. Джед закричал и рванулся к ней, но знал, что слишком поздно.
Он опустился на колени рядом с Там. Кровь была, казалось, повсюду. Ему даже не пришлось дотрагиваться до Там, чтобы понять, что она мертва. Слезы, смешиваясь с потом, сбегали у него по щекам. Она была убита сразу — наповал. Со знанием дела. Помощь из Бостона… Квентин… Поганый трус!
Вьетнамский наемный убийца направил дуло на Джеда.
Конечно, подумал он с неожиданным, страшным спокойствием. Там — одна из тайн Квентина, но Джеду известны оба его секрета.
Убийца промедлил с выстрелом, потому что к нему подошел белоголовый, прекрасно сложенный человек. В руках у него тоже был АК-47.
У
Увидев распростертое на полу тело Там, белоголовый человек сказал что-то по-вьетнамски напарнику и ухмыльнулся. Они подмигнули друг другу.
Джед воспользовался моментом и быстро отполз в кухню. Убийцы блокировали дверь, но оставался еще путь через балкон…
Щелкнул затвор, и Джед почувствовал, словно он летит. Он утратил всякий контроль над собственным телом. Наверное, он ранен… Он не знал, что делать, упал на пол, с силой прижимаясь к грубой циновке. Несколько секунд ему все казалось нереальным, кроме обжигающей циновки. В плече возникла какая-то непонятная, холодная онемелость.
Потом пронзила резкая боль.
При звуке первого выстрела Ребекка схватила «Смит энд Вессон» 38-го калибра, который ей чуть не силой вручил тот самый друг деда из государственного департамента — на всякий случай. Она, по крайней мере, не просила. Даже сочла это несколько мелодраматичным. Но поблагодарила его и положила пистолет в свой рюкзак.
Еще один выстрел прозвучал прежде, чем она успела достать патрон. Счастье, что «папа» О'Кифи научил внучку, вопреки сопротивлению Дженни, обращаться с оружием. Во Флориде она упражнялась, стреляя в пустые банки из-под кофе.
Ребекка с трудом сдерживалась, чтобы не распахнуть дверь и не ворваться в гостиную с пистолетом в руке на манер киногероев.
Чуть приоткрыв дверь, она увидела Джеда. Около него на циновке собралась лужица крови. Только инстинкт самосохранения позволил ей не закричать, не ринуться к нему. Но ее неудержимо затрясло.
Кто-то невидимый заговорил по-вьетнамски.
Во рту у нее пересохло, а живот свело. Как бы не скрючило, с испугом подумала Ребекка. Она отступила, держа пистолет в вытянутых руках, как учил «папа» О'Кифи, и решила, что лучшая стратегия сейчас — это наблюдать за дверью и ждать, что будет дальше. А если кто-нибудь откроет дверь в спальню, она выстрелит.
