Дописав стихотворение. Вероника, как раненая волчица, стала метаться по квартире. Её разум сопротивлялся верить в гибель любимого человека. Она хотела веских доказательств его смерти. Мысли гнали её на кладбище, и Вероника, долго не раздумывая, быстро собралась и выбежала из дома.
Уже смеркалось, когда она через главные ворота заходила на территорию кладбища. В церкви шла вечерняя служба, и двери её были приоткрыты.
Из домика-пристройки вышла пожилая женщина.
— Извините, вы здесь служите? — взволнованно обратилась к ней Вероника.
— Да, я веду бухгалтерию прихода, — ответила та, удивлённо глядя на девушку.
— Вы можете мне помочь? Мне надо узнать, где похоронен один человек. Очень близкий мне.
— Давайте зайдём внутрь. Я посмотрю записи. Вы знаете дату смерти?
— Да, это случилось два года назад.
Они зашли в деревянную пристройку храма. Там было темно и сыро. Женщина включила свет, и тусклая лампочка высветила полки со стопками папок. Достав одну из них, она стала искать нужную бумагу. Вероника внимательно всматривалась в списки умерших.
— Вот он, — выдохнула девушка, указывая на Гошину фамилию.
— Это недалеко, вы найдёте его могилу, — участливо промолвила женщина и назвала сектор захоронения.
Поблагодарив, Вероника, опечаленная и подавленная, медленно побрела по тропинке. Долго бродила между могил, искала нужный сектор.
Не найдя Гошину могилу, она присела на скамейку у безымянного креста. В её сумочке лежали бусинки и цветочные украшения для детских картин. Сейчас они ей очень пригодились. Украсив этот замшелый и прогнивший крест мишурой, Вероника достала тетрадь и стала лихорадочно писать. Это были новые стихи-экспромт, крик её израненной души.
Находясь в плену эмоций, Вероника не заметила, как потемнело небо и зарядил мелкий дождик. Он сопереживал горю девушки, роняя вместе с ней свои слёзы. Вечер опустился на кладбищенские кресты. Веронике стало жутко находиться одной на погосте, и она направилась в сторону ворот. В голове взрывами строк создавалось очередное стихотворение…
Ночью Веронике не слалось. Мысли крутились в голове, сменяя друг друга. Два года она писала письма… похороненному любимому. Она верила, что они встретятся. Мечтала о том, как Гоша порадуется её успехам в поэзии и живописи. Ведь, если бы не любовь Вероники к нему, если бы не желание доказать, что она самая лучшая для него, — никаких достижений бы не было.
Сколько раз она отпускала любимого, но безответная любовь, как привязка нечистой сипы, цепью сковывала их вместе. Вероника понимала, что она стала узником своего прошлого. Но в эту ночь пришло осознание того, что её любовь была кармическим уроком, а не пожизненным приговором.
Они стояли вместе у памятника, на мраморе которого был выбит портрет, дата рождения и смерти Георгия. Две женщины — его мать и Вероника. Обеим он был дорог, хотя и по-разному. Раньше женщин объединяло одно — их любовь была безусловной. Жил Гоша — были ревнивыми соперницами, а когда смерть забрала его — женщин объединило общее горе. Для Александры Васильевны с уходом сына жизнь потеряла смысл. Для Вероники рассыпался мир её иллюзий.
