Секса не было. Михаил даже не пытался снять с нее одежду, а Марго своими ласками не провоцировала его. Минут через десять она неожиданно резко поднялась, взяла куртку и, не оборачиваясь, пошла вниз. Вскоре хлопнула входная дверь. Стало понятно – она ушла.
Мужчина еще какое-то время лежал в кровати, картинки в телевизоре мелькали, не оставляя в его памяти ни малейшего следа. Вздохнув, Михаил медленно поднялся, прошел в ванную и долго смотрел на себя в зеркало, прежде чем начал бриться.
Завтрак – кофе и горячие тосты – прошел своим чередом, он молчал, думал, и точно жалел о чем-то. Всю дорогу, пока ехал до нотариуса Оли, Михаил пытался понять самого себя, свое состояние и неожиданно появившуюся у него вялость и меланхолию.
Вова встретил его в кабинете улыбкой и дежурными фразами, Оля протянула заготовленную раньше генеральную доверенность, по которой он передавал все права по цементному заводу мужу Марго.
Михаил читал, пытался вникнуть в суть заковыристых фраз документа, глазами бегал по строчкам, но ничего не понимал – что-то внутри него отталкивало все прочь. В его голове мелькали картинки прошедшего утра, ее лицо, падающая слеза, спина и – звук закрывающейся двери…
Вернувшись домой, он снова взялся за изучение записей разговоров между Ниной и Марго, тайно надеясь, что это поможет встряхнуться и снова почувствовать ту самую здоровую злость, столь необходимую ему для работы.
Однако через час, не выдержав молчания телефона и собственных мыслей, натягивающих нервы, Михаил набрал ее номер.
– Что? – Услышал он в трубке голос Марго. – Хочешь объясниться? Я все чувствую, можешь даже ничего не говорить!
– А я ничего и не говорю. – Михаил прошел к камину и опустился на диван. – Просто звоню узнать, как твои дела.
– Дела? Отличные у меня дела! Вот, например, сегодня меня предал любимый человек. Полетел маму с папой проведать, а сам со своей старой любовницей развлекался.
– Марго, не нужно говорить глупостей! – Михаил почувствовал, как к нему возвращается рассудительность.
– Глупостей?! Я примчалась к тебе утром, с три короба всем наврала, чтобы увидеть тебя, прижаться к тебе, а ты как ледяная скала – лежишь себе, и посматриваешь только. Мне вообще показалось, что ты со мной прощаешься.
– Правильно поняла, прощаюсь. И вовсе не из-за того, что у меня кто-то появился. Я разочаровался в тебе, мне стало известно, что ты мне изменяешь. Живешь с мужем, бывшим любовником, тянешь деньги из меня. – Голос Михаила становился твердым и обвинительным, как речь прокурора. – Ты пользуешься кошельками всех окружающих тебя мужчин, забыв даже о простом приличии.
– Миша! Ты что такое несешь!! Кто тебе все эти гадости про меня наговорил!!!
– Марго, не нужно театра! Я знаю, что ты взяла деньги за подаренную мной шубу с мужа, что в Новогоднюю ночь ты, на своей сельской дискотеке, резвилась с бывшим школьным дружком, а потом и уехала с ним…
– Стоп! – зло крикнула в трубку Марго. – Я этот бред даже и слушать не хочу! Надумал расставаться – уходи! А грязью меня поливать нечего!
Она продолжала говорить, находить себе оправдания, обвинять всех и вся, и наезжать на него.
А он – улыбался, теперь ее настоящее лицо и интонация, не терпящая возражений, стали узнаваемы. Словно в старых русских сказках: злая колдунья, понимающая, что под чужим обличием ее узнали, Марго, отбрасывая все рамки приличия, срывающимся на крик голосом послала его куда подальше и – сбросила звонок.
Михаил спокойно набрал ей сообщение, в котором просил Марго вернуть ему все подаренные им ранее золотые украшения, а также взятые у него в долг деньги. Второй этап его плана наконец-то стал вырисовываться.
Он понимал – Марго не поведет даже бровью, прочитав в телефоне его просьбу. Драгоценности и деньги уже давно стали ее собственностью, и поэтому именно вокруг этой проблемы он и собирался начать раздувать скандал, проявляя настойчивость и всем своим видом показывая, что не простит обмана распущенной любовнице.
Пройдя на кухню, он открыл холодильник, достал кусок колбасы и тут же впился в него зубами. Адреналин требовал пищи, и колбаса подходила как нельзя лучше.
Вернувшись к камину, он снова взял телефон, но на этот раз позвонил Нине.
– Алло! – Услышал он ее голос.
– Это я, Михаил, – начал он не здороваясь. Желание атаковать и закрепить свой успех перехлестывало его эмоции. – Мне стало известно, что помимо меня Марго встречается еще и с Кириллом, – давнишним ее любовником. Кроме того, искреннее делая ей подарки, я не знал, что она предъявляет их к оплате Вове. Думаю, Нина, ты в курсе этого, и ничего нового я тебе сейчас не сказал. Поэтому считаю, что единственной целью твоей дочери при общении со мной было желание любыми путями вытянуть из меня как можно больше денег.
– Миша…
– Нет, Нина, не перебивай меня! Обманутым дураком я ходить не хочу, поэтому предлагаю по-хорошему вернуть все мои подарки и одолженные мною деньги. Люди вы не бедные, и я прошу только то, что принадлежало мне. Считаю, что подлость и измена должны быть наказаны.
