Он довозит нас до «Речного вокзала». Сейчас возьмём такси и доедем до другой линии метро. Я планирую добраться до Ленинградского вокзала и рвануть в Питер, а из Питера на самолёте до Новосиба. А из Новосиба и до дома недалеко. Можно на поезде, автобусе или самолёте. А лучше, на тачке. Весь транспорт они вряд ли смогут проконтролировать.
Вот только доберёмся мы до дому, а что там-то делать? В целом ситуация, прямо скажем, не фонтан. Поэтому я решаю позвонить Злобину, хоть как-то выяснить обстановку. Мобильника у него естественно нет, поэтому важно, чтобы он был у себя в кабинете. И он там оказывается.
— Ты чего творишь, Брагин! — кричит он.
— Так вы нас ментам сдали, Леонид Юрьевич. Надо было ждать, пока они с бутылкой придут?
— С какой ещё бутылкой? Что ты несёшь?! Где ты находишься?
— Неважно. Я хочу знать, как можно замять ситуацию.
— Слушай сюда. Я уже всё замял. Никто вас не сдавал, МВД-шники сами подсуетились, как да что пока разбираемся. Не суть. Они вас похитили, мы узнали и решили вопрос. Вас повезли обратно, а вы сбежали.
— Как-то сомнительно звучит, — говорю я. — Неправдоподобно.
— Ты давай, Штирлиц, сомнения свои пока подальше прибери. Немедленно мчись на Старую площадь. Здание восемь дробь пять, третий подъезд. Пропуска на вас готовы. Скажете фамилии. Вам нужно к Гурко Марку Борисовичу. Запомнил?
Я молчу.
— Давай, — наседает Злобин, — лети быстро, а то он ждать не будет. И тогда дело твоё накроется одной штукой.
— Менты за нами охотятся?
— Нет, никому вы не нужны больше.
Несколько секунд я размышляю и решаю сделать, как он сказал. Всё-таки это ЦК КПСС, вряд ли там нас будут хватать на глазах у резидентов всех разведок мира. На подступах, конечно, могут, но… Но я решаю рискнуть.
Марк Борисович оказывается поджарым мужчиной лет сорока. Аккуратный, подтянутый, доброжелательный. Образец аппаратчика. Он завотделом. Наш земляк, имеющий обширные связи в родном городе и немалые в Москве.
Мы повторяем всю историю, рассказанную до этого Злобину. У Гурко уже находятся копии всех документов и он просматривает их, слушая нас с Лидой. В основном, меня, конечно. Лида просто отвечает на его вопросы.
— Ну, что же, — кивает он. — Всё понятно. Надо было, конечно, через Захарьина решать.
— Через Ефима Прохоровича? — удивляюсь я.
— Разумеется, — кивает Гурко. — Очень осведомлённый и уважаемый партиец. Он, кстати, неплохо отзывался о тебе. Мы разговаривали сегодня. Так что навести его, когда вернёшься. Если бы всё изначально пошло по партийной линии, проще было бы принимать решения. А так некоторые товарищи, которые нам совсем не товарищи, будут пытаться представить всё дело, как грызню ведомств. Соображаешь?
Я киваю.
— Правда, — продолжает он, я так понял, Юрий Владимирович лично настроен против Каховского. А это большое дело, да?
Он поджимает губы и о чём-то размышляет, переводя взгляд с Лиды на меня и обратно.
— А вы просто спецназовцы, да? — вдруг улыбается Гурко. — Голубые береты. Как вы сбежали-то? Это ж вообще нонсенс. Прям-таки пощёчина кое-кому.
Он, не сдержавшись, начинает смеяться.
— А как так получилось вообще, что они нас взяли? — спрашиваю я.
— Так Каховский же с Троекуровым тоже на месте не сидели, — отвечает Гурко.
— А они как узнали? Всё же шито-крыто было.
— Артюшкин ваш, похоже, правду матку рубанул. Он, конечно, молодец, принципиальный, но в милиции ему больше не работать. Да и вам Лидия Фёдоровна, возможно, придётся что-то другое подыскать. Ну, с этим мы поможем. Не беспокойтесь.
Да, Лидку я втянул по самые уши, но у меня на неё имеются планы. В профессиональной плоскости. Так что, если она из ментовки вылетит, я знаю, что с ней делать. Хотя, если не вылетит, даже ещё лучше будет. Посмотрим, в общем.
— Ладно. Езжайте в гостиницу и ждите звонка. Вы голодные?
— Да, — киваю я. — Ну, это мы решим.
— Не надо ничего решать. Зайдёте сейчас в нашу столовую. Там уже всё давно решено.
Он усмехается и нажимает кнопку селектора.
— Слушаю, Марк Борисович, — отвечает секретарша.
— Наташенька, выпишите, пожалуйста товарищам спецпропуска в столовую, — говорит он и продолжает уже для нас. — Столовая здесь, рядом. Выйдете из подъезда, повернёте направо и сразу за церковью увидите трёхэтажное здание. Это она и есть. Перекусите и поедете в гостиницу. Я позвоню. Может, и ночью даже. Так что ждите.
Мы прощаемся и уходим. Поворачиваем направо, идём мимо Троицкой церкви и заходим в святилище вкусной и здоровой пищи. Предъявляем пропуска и попадаем в просторный вестибюль. Идём мимо газетного киоска и касс. Раздеваемся в гардеробе и по красивой лестнице поднимаемся в общий зал.
Народу мало и мы садимся за небольшой столик. Поскольку я очень голоден, то набираю всего и побольше. Беру салат с крабами за тридцать копеек, икру паюсную за семьдесят шесть и спинку осётра с огурцом за сорок пять, а ещё порцию сливочного масла за четыре копейки. Это закуски.
