Он наклонил голову, легко, словно перышко пройдясь по ее телу губами, она взорвалась. Он последовал за ней, перед глазами возник фейерверк из звезд, пока она продолжала сжиматься вокруг его члена и высасывать все до последней капли, он прохрипел ее имя, она почувствовала его горячее дыхание на у себя на шее, все его огромное мускулистое тело напряглось и дернулось от экстаза.
Последние волны сотрясали их тела, соединяя их вместе, Дерек рухнул на нее, прижавшись губами к ее шее, ухватившись за ее волосы. Ее сердце колотилось как бешенное, создавая жар и тяжесть в груди, и у нее вдруг промелькнула мысль, что если сегодня ночью она умрет, то не будет сожалеть об этом, потому что наконец-то испытала что-то потрясающее в своей жизни.
Дерек ощущал себя подростком, только что открывшем для себя секс. Он постоянно думал о Лондон… о сексе с Лондон. Он три раза занимался с ней сексом, прежде чем они рухнули перед камином и проспали несколько часов. Он проснулся около четырех часов ночи с затекшей шеей из-за того, что спал на полу, поднял ее на руки и отнес к себе в постель, заставив ее еще раз выкрикнуть ее имя.
Сейчас было девять часов утра, за последние годы он никогда не просыпал, и понял, что Рене будет интересно узнать, где, черт возьми, он находится, но ему было наплевать, он хотел снова оказаться внутри Лондон.
— Ты смотришь на меня, — пробормотала она, не открывая глаз.
Он уткнулся носом ей в щеку и заурчал.
— И у тебя в голове крутятся очень грязные мысли, мистер Эмброуз.
— Откуда ты знаешь? — его рука скользнула под простыни, и он дотронулся до потрясающего изгиба нижней части ее груди.
Она застонала и стала извиваться.
— Думаю первая подсказка была, когда что-то большое уперлось мне в бедро.
Он хмыкнул.
— Ну не так же явно, хм?
Звук телефонного звонка прервал ее.
— Черт, — пробормотал он, глубоко вздохнув пряный запах ее волос. — Я больше всего боялся именно этого.
Она перевернулась и первая схватила его телефон с прикроватной тумбочки, передавая ему.
— Пойду сварю кофе, — прошептала она, выбираясь из постели и накидывая на плечи одну из его валяющихся рубашек. Он наблюдал, как она выходила за дверь, продолжая держать в руке трезвонивший телефон и глупо улыбаясь ей в след. Стоило ему наконец-то взглянуть на экран, его улыбка тут же растаяла, как шоколад в жаркий летний солнечный день.
— Хотел бы сказать «Доброе утро», но понимаю, что оно не совсем доброе, раз ты звонишь.
— Учитывая, что ты вчера спустил свое карьеру в унитаз, не говоря уже о президентской кампании, на которую было потрачено восемнадцать месяцев, мне трудно поверить, что для тебя это утро будет добрым, несмотря ни на что.
Дерек поднялся с постели и направился к шкафу, достал толстовку и домашние штаны, удерживая трубку между ухом и плечом.
— Если ты позвонил, чтобы посетовать по поводу моего выбора, то можем распрощаться прямо сейчас.
Камаль глубоко вздохнул на другом конце провода.
— Нет, хотя тебе и следует услышать, что меня удивляет, что ты готов сделанную карьеру и связи за пятнадцать лет работы, отбросить в сторону, ради женщины, которую знаешь всего лишь месяц.
— Камаль, — предупредил его Дерек.
— У меня есть новая информация о супруге Ника Паттерсона.
Дерек вошел в ванную комнату и выдавил зубную пасту на зубную щетку.
— Давай, — сказал он, засовывая зубную щетку в рот.
— Кажется, у нее есть определенные проблемы с азартными играми.
Дерек выплюнул, вытерев тыльной стороной руки рот.
— Что? Этого не может быть.
— Уверен, что это выглядит именно так. Она несколько раз посещала Bel Air Casino за последние год-полтора, оставаясь там в течение недели.
— И я предполагаю, что она проигрывала.
— Много.
Дерьмо. Дерек провел рукой по небритому подбородку.
— Итак возникает вопрос — имеют ли ее проигрыши прямое отношение к этому скандалу?
— Точно. Хотя явных причин думать так нет, что это может быть связано, но мы оба знаем, что стоит покопаться в этом, как бы маловероятно это не казалось.
— Хорошо. У меня ланч сегодня с Ником. Я посмотрю, что смогу у него узнать.
На другом конце наступила пауза, и Дерек услышал дыхание Камаля и отдаленные голоса персонала в здании посольства.
— Я предполагаю, что она находится у тебя? — спросил Камаль, понизив голос.
— Да, на кухне, — Дерек почувствовал, как у него подскочило кровяное давление, он явно готовился к бою со своим лучшим другом. В последнее время они постоянно спорили по этому вопросу.
— Я хочу начать серьезную проверку ее матери, — отрывисто произнес Камаль.
— В этом нет необходимости, — резко ответил Дерек.
— Есть. Мы ничего не знаем о них до того, как они прилетели сюда в Штаты. В Лондоне они прожили всего два года, но у ее матери была же жизнь и в Иране. Нам следует узнать, как она там жила. Нам необходимо узнать кем она была раньше, прежде чем эмигрировала. Если ты готов все бросить ради этой женщины, по крайней мере, в первую очередь, стоит узнать, кто она.
