«Быстрая, проворная животина, умная и, главное, – особенная. С тобой не соскучишься, Серый, – подумал Арсен, – надо бы мне к тебе приспособиться, иначе с тобой не пропадёшь, но горя хлебнёшь».
Молодой человек ещё немного посидел возле полыхающего костра, боясь прикоснуться к всё ещё извивающейся чешуйчатой гадине. Решил повременить, хотя у него давно текли слюнки, в желудке бурчало – давно пора было съесть хоть что-нибудь.
Временами молодому человеку казалoсь, что пространство возле волка заполнялось прекрасной картиной: образом необычной женщины с громадными синими глазами, одновременно печальными и весёлыми, излучавшими любовь ко всему вокруг. Но видение очень быстро растворилось в чёрной воде и превратилось в густой туман, обволакивающий бескрайний лес, и какие-то ржавые ворота. Потом Арсену стало просто страшно, и он решил не вторгаться в пространство спящего, к тому же змеиная тушка перестала подавать признаки жизни – «запросилась» на жарку. Человек осторожно потыкал её ножом, оценивая на съедобность, и удостоверившись, что белок съедобен, стал с удовольствием разделывать её, нанизывая на заранее приготовленные ветки, напоминающие стебли камыша, срезанные рядом. Очень быстро жаркое зашипело, от него посыпались искры, и вокруг костра распространилось аппетитное благоухание. Торопясь и обжигаясь, Арсен жевал сочное мясо с хрустящей, хорошо зарумянившейся корочкой, которое буквально таяло во рту.
«Замечательный, божественный вкус, уж на что я гурман, но такого ещё не едал», – и вдруг поймал себя на мысли, что не произнёс, а телепатировал.
Это произошло само собой, без какой-либо предварительной мысленнoй концентрации. Мир взорвался на мелкие осколки, и между ними уже не было недосказанности, неясности, размытости. Всё приобретало окраску, очертания и смысл там, где раньше они не могли существовать. Вдруг мозг Арсена напрягся, он забеспокоился – нет ли тут какого подвоха, а вдруг мясо змеи содержит какие-нибудь галлюциногены? Но ничего этого не было, Арсен проверил его дважды.
«Значит, волк – проводник в мир того, чего быть не может».
Он с благодарностью посмотрел на своего друга, а тот лишь поворачивался с боку на бок, что-то судорожно вынюхивал во сне и продолжал спать, уткнувшись мордой в мягкий лишайник. Обескураженный увиденным, новоиспечённый телепат не мог заснуть. Он сидел возле костра, медленно доедая поздний ужин, размышляя о том, что с ним произошло, ещё может произойти и есть ли у него шанс вернуться. Он постарался сосредоточиться и подвести итог сегодняшнему дню и, к сожалению, отметил, что, возможно, уже никогда не узнает правду о том, что произошло на Сарыче. Ему чётко – до мелочей – представилась вся нереальность задачи по добыче бортового журнала из недр болота. Но это уже мало волновало, главное – выяснить местоположение приземления, чтобы выбраться из передряги…
Ветер отнёс облака далеко за горизонт, но жидкий туман продолжал застилать гиблую глушь. Она хлюпала и клокотала, время от времени слышались далёкие раскаты грома. Молнии продолжали освещать трясину, пронизывая сумрак, оставляя после себя ощущение безысходности ситуации. При их сверкании Арсену мерещились неясные силуэты, то и дело мелькающие на гати. От этого у него по коже бежали мурашки, он прислонился к спине волка, мирно посапывающего у костра.
«Как мне в голову не пришло, – подумал Арсен, – волк не боится костра, и даже наоборот – пользуется его теплом, ай да Серый!»
Мысль о новом, хотя и необычном друге ему понравилaсь. Было уютно сидеть в забытом богом месте под навесом у мирно горящего костерка и чувствовать эту огромную лохматую дружескую спину, если не принимать во внимание всё остальное. Человек решил во что бы то ни стало подружиться с волком: найти его слабые и сильные стороны и наладить максимально позитивный контакт. Он сразу же перешёл к делу через чтение снов.
Новоиспечённому телепату пришлось долгое время настраиваться на волчью волну, но зато потом от снов не было покоя до самого утра. В любом случае он не смог бы заснуть после того, что «принял»…
