Рики, и с небольшой задержкой и я тоже, окутались зеленоватым сиянием. Видимо, Аврора сообразила, что сейчас ускорение может понадобиться. Через три секунды субъективного времени мы были уже у дверей моей комнаты.
Достаточно быстро, чтобы ощутить открывающийся портал, но недостаточно быстро, чтобы успеть его перехватить.
Когда мы ворвались внутрь, в комнате уже никого не было. В потолке зияла огромная дыра — что-то пробило крышу, чердачное перекрытие и потолок второго этажа. И вдобавок превратило мою кровать в ошмётки.
— Вирт-капсула исчезла, — Рики указала на то место, где она стояла.
— Вирт-капсула исчезла, — Рики указала на то место, где она стояла.
— Сука! Шоб ты в ней захлебнулся! — заорал я в звёздное небо, задрав голову. — Я ж её сам собирал!
Пригляделся к краям дыры. Дыра... дырища... дырень... Здесь теперь можно машину парковать. Прямо через крышу. А доски-то выломаны внутрь!
Действие эльфийского ускорения прошло, и в комнату ворвались мои родители.
— Итииить! — присвистнул папа. — Что сюда упало? Метеорит?
— Если бы! — мама повела носом, как будто принюхиваясь. — Здесь открывали портал.
— Мы знаем только одного эм... условно разумного, способного проломить собой крышу и два перекрытия, и уйти порталом, — вздохнул я, немного успокаиваясь. — Бедная Зоя!
— Но зачем Сергею твоя вирт-капсула? — спросила Рики.
— Очевидно, затем же, зачем ему нужна была диадема, — пожал я плечами. — Как и нам. Кого-то куда-то загружать. Только вопрос — кого и куда? И загружать или выгружать?
— У меня нет версий, — отозвалась Аврора. — Чисто теоретически, если бы у Сергея было свободное ядро, свободный камень души и желающие пройти моим путём... Но даже в этом случае! У Вадима были предоставленные ему Петром, с разрешения Совета, знания Древних, и то потребовались годы экспериментов!
— А трудно заполучить свободное ядро? — спросила Рики. — Мы с Мишей ещё летом пытались это выяснить, но быстро поняли, что нам это не по карману тогда было.
— Сейчас уже по карману. И хотя ядро — это только часть системы, это не проблема, а расходы. Проблема для Сергея была бы в том, что работа каждого ядра отслеживается. Грубо говоря, в них вшит серийный номер. Там вообще больше десятка контуров защиты от реверс-инжиниринга и нелегального использования. Думаешь, почему китайцы ещё не смогли скопировать? Ядро саморазрушается при любой попытке влезть внутрь.
— Тогда зачем ему моя вирт-капсула? — спросил я прямо.
— Не знаю, — честно ответила Аврора. — Единственное предположение — они с Софией не в курсе всех этих защит, и думают, что загрузка в ядро — это легко и просто. Подключил к ядру вирт-капсулу, загрузился — и готово. Если так, то мне их даже жалко.
— А зачем им загружать кого-то в ядро? — спросила Эш, присоединившись к нашему совещанию.
Сейчас она показалась, видимая только мне, чтобы осмотреть комнату, но голос транслировала через Аврору и динамик коммуникатора.
А ещё Эш «переоделась». На ней была вполне обычная одежда: джинсы, толстовка, кроссовки. Во всём этом она смотрелась не намного старше нас. Может, лет на двадцать пять, не больше. Встретишь такую на улице — и не обратишь внимания.
Мы переглянулись с Рики.
— То, что он хочет сделать что-то подобное, — начал рассуждать я вслух, — логически следует из его действий. Единственное, чем отличается диадема и моя вирт-капсула, это возможностью загрузки в вирт.
— Да, это понятно, — Эш дёрнула плечом, мол, не тупая, уже догадалась, — я спросила, зачем ему это. Вы его знаете, имели с ним дело. Я — нет.
— При жизни, — сделал я небольшое уточнение, — он хотел сместить патриархов и править планетой. Потому что считал, что у Совета это плохо получается. Но если революционеров, как я понял, не устраивали в первую очередь догматы и то, что маги живут в тени, то Сергей конкретно считал, что именно он лучше других знает, как устроить жизнь на Земле. Мне его жена рассказывала. Что у него перемкнуло после смерти — можно только гадать.
— София жаловалась, — вспомнила Рики, — что он стал очень рационален. Как компьютер. Никаких эмоций, только цель. Да и когда мы его видели, он был реально как статуя.
— Если он так рационален... — Аврора на долю секунды задумалась. — В соответствии с теорией личного интереса, наивысшая и предельная рациональная цель заключается в том, чтобы устроить свою жизнь так хорошо, как это только возможно. Но какие у него потребности? Пить-есть не надо, секс, видимо, не нужен, безопасность? Мог бы зарыться под землю и сидеть там. Но он оттуда и вылез.
— Думаю, — заговорила мама, — у него ничего не перемкнуло. Скорее, замкнуло. Цель, мне кажется, осталась та же, причём единственная и не подвергаемая сомнениям. Как у фанатиков. Во всяком случае, мне не приходит в голову никакая другая цель, для реализации которой потребовалась бы мощь живого суперкомпьютера, извини, Аврора, за такое определение. Они с Софией могли бы создать новую корпорацию за несколько лет, опыта им хватит. Без всего этого.
