Юная Тали с детства ощущает острую необходимость отыскать смысл своей жизни, ответить на вопросы, которые объясняет ей этот мир и ее место в нем. Отчаявшись и разочаровавшись, она подолгу блуждает в скалах, находя утешение в созерцании природы. Но одна встреча меняет всё: необычный странник в сером плаще возникает на ее пути, он указывает в сторону безжизненной пустыни и говорит о существовании тайного Города, затерянного среди песков. Он уверяет, что именно там она обретет то, чего так ищет. Решившись на безумный шаг, Тали оставляет дом и тем самым поворачивает свою судьбу в самое неожиданное русло... Это история о пути и небесном притяжении.
С огромной благодарностью и любовью госпоже Елене Сикирич и Вячеславу Костину посвящается…
Жёлтый свет факела освещал её путь. Тихие мерные шаги разносило эхо, им вторили огромные колонны, их подхватывал лёгкий ветер, гуляющий по Храму каждую ночь. Она была одна, одна в этом царстве величия и звенящей тишины. Стены-гиганты возвышались над нею, взлетали ввысь и упирались в утонувший во тьме потолок. Прямоугольные колонны таяли во мраке, образуя длинные коридоры, уводили её взор в пустоту. Жёлтое пятно света ползло впереди неё по напольному серому камню. Пламя прыгало и металось в разные стороны, вместе с ним дрожала её тень. Она смотрела вперёд, в темноту, и шла в неё. От колонн тянулись длинные тени, бледнея и изредка вздрагивая, уползали прочь и прятались в кромешной мгле. Догорающий факел ронял скупой свет, а свет ласкал изрезанные словами камни; и великие Тайны, спрятанные от человеческих глаз, будущее, прошлое и настоящее хранили не надписи, а сами стены.
И, словно засыпая, огонь затухал, делая незаметным всё явное, а она продолжала смотреть в глаза тому, о чём молчали красноречивые фразы. Гудящий ветер напевал неясные мотивы, и звон рассыпался по всему Храму откуда-то с потолка. Тонкие глубокие ноты подолгу зависали высоко над полом и, поднимаясь выше, исчезали совсем.
Свежий ветер дохнул в её лицо, подхватил пряди белых волос, поиграл ими немного и бросил обратно на плечи. Пламя наклонилось, еле заметно метнулось и… погасло. Вглядываясь в темноту, она сделала несколько шагов. Привыкнув, глаза различили слабый свет. Ещё шаг — и темнота отступила. Она подняла голову и замерла, затаив дыхание. Тёмное глубокое небо дышало ветром. На неё смотрели звёзды, тысячи их глаз были направлены на неё, на неё одну — и она испугалась. Небо опускалось к ней через круглое отверстие в крыше, окутывало чем-то непонятным и таинственным. Сердце замерло в странном ожидании. Становясь всё ниже и ниже, Небо пыталось соприкоснуться с ней… Оно делалось глубже, затягивая её в неизведанные дали; голова кружилась, и всё вокруг растворялось в сияющем звёздном свете. Когда она пыталась постичь всю его непостижимую глубину, Небо становилось ещё глубже. Дна не существовало! Она тонула в чёрной бездне, не имеющей ни начала, ни конца. Необыкновенная лёгкость и ощущение полёта завладели всем её существом, нечто неземное, небесно-прекрасное влекло её вперёд… Оно было таким родным и знакомым, так хотелось приблизиться к Нему, протянуть руки навстречу и ухватить, уловить, успеть хоть краешком души коснуться Его!..
Мечта о Доме никогда не покидала Тали. Не имея слов выразить её в какой-нибудь доступной разуму форме, она думала о нём абстрактно. Это было похоже на неясный Зов, доносящийся до внутреннего слуха откуда-то с далёких-далёких высот. Она была уверенна, что не спутает этот Голос ни с чем и что однажды, когда-нибудь дорога снова приведёт её Домой…
Солнечный луч проскользнул в узкое окно, его свет показался ослепительным после долгого сумрака, обнимавшего всю комнату. Рассыпались всюду золотые блики, радостно зачирикали в саду птицы, и звуки журчащей воды вдруг стали приветливыми, сменив монотонные грустные ноты на весёлую и ласковую музыку. Солнце преобразило всё: серые мрачные стены в один миг превратились в картину из сложных замысловатых барельефов, мутные вкрапления на ножках стола засияли сказочным светом полудрагоценных камней, а голоса людей за окном приглушились, размылись в один фоновый звук и слились с песней ветра.
В детской кроватке, стоявшей в углу, лежало крошечное грустное существо. С тревогой разглядывая окружающее пространство, оно словно хотело спросить: «Где это я? Откуда эта тяжесть? Почему я так бессильна?» Весь мир её был ограничен пределами комнаты, и вся её небольшая жизнь протекала в четырёх стенах. Откуда-то издалека доносились необычные звуки, они увлекали её, звали, манили… Ей так хотелось отправиться туда, увидеть, кто же так громко смеётся, — но это было невозможно! Какая досада! Она абсолютно беспомощна! Каждое движение даётся ей с невообразимым трудом! Она заключена в тюрьму, ограничивающую её действия, и невозможно преодолеть неуклюжую инертность маленького тела.
Она ещё не понимала слов, она жила в другом мире, где и слова, и эта ужасная тяжесть казались чуждыми. Там всё было так просто и легко, там можно было путешествовать, не мучаясь от напряжения упрямых мышц, там всегда было светло, а здесь солнце лишь изредка изгоняло прохладную полутень.
