– Мне кажется, что человек, которого ты разыскиваешь, вряд ли стал бы обременять себя женой и двумя детьми, – с усмешкой произнес инспектор.
– Никогда нельзя ни в чем быть уверенным, – возразил Колин. – Ты не представляешь, какие только способы камуфляжа не применяют эти типы. Иногда бывает очень выгодно прийти к соглашению с вдовой, которая имеет двоих детей и стеснена в средствах.
– Не думаю, что миссис Рэмзи – женщина такого сорта, – поморщился Хардкасл.
– Я не имел в виду жизнь во грехе, дружище. Просто она могла согласиться стать миссис Рэмзи и участвовать в его игре. Естественно, он наплел ей какую-нибудь историю – например, что занимается шпионажем на нашей стороне. Все высокопатриотично.
Хардкасл покачал головой.
– Ты живешь в странном мире, Колин, – сказал он.
– Пожалуй. Знаешь, я думаю, что когда-нибудь мне придется оставить эту работу. А то начинаешь забывать, что к чему и кто есть кто. Половина разведчиков работают на обе стороны и в конце концов сами не знают, с кем сотрудничают в данный момент… Ладно, продолжим.
– Нужно еще заглянуть к Мак-Нотонам, – сказал Хардкасл, остановившись у ворот дома 63. – Угол их сада граничит с садом дома 19 – как и у Блэнда.
– А что ты знаешь об этих Мак-Нотонах?
– Не очень много. Они приехали сюда около года назад. Пожилая пара. По-моему, он удалившийся от дел профессор. Занимается садоводством.
В саду перед домом росли кусты роз, а под окнами виднелась большая клумба с осенними крокусами.
Веселая молодая женщина в ярком цветастом халате открыла дверь и осведомилась на ломаном английском:
– Кого вы хотеть?
– Наконец-то прислуга-иностранка, – пробормотал инспектор и протянул ей карточку.
– Полиция! – воскликнула девушка, отступив на пару шагов и испуганно глядя на Хардкасла, словно это был дьявол во плоти.
– Нам нужна миссис Мак-Нотон, – сказал инспектор.
Девушка проводила их в гостиную, окна которой выходили на задний двор. В ней никого не было.
– Она наверху, – объяснила служанка, уже не выглядевшая веселой. Она вышла в холл и позвала: – Миссис Мак-Нотон!
Издалека послышался голос:
– Что там такое, Гретель?
– Полиция. Двое полицейских… Я отвела их в гостиную.
– Боже, в чем теперь дело?
Наверху началась возня, потом послышались шаги, и в комнату вошла миссис Мак-Нотон. На ее лице было написано беспокойство, но Хардкасл вскоре понял, что это выражение свойственно ему при любых обстоятельствах.
– О боже! – снова воскликнула миссис Мак-Нотон. – Вы инспектор… э-э… – Она взглянула на карточку. – Ах да, инспектор Хардкасл. Зачем вам понадобилось к нам приходить? Мы ничего об этом не знаем. Вы ведь явились по поводу вчерашнего убийства, не так ли? Надеюсь, ваш визит не связан с платой за телевизор?
Хардкасл успокоил хозяйку дома.
– Все это так необычно, правда? – продолжала она, сразу воспрянув духом. – Среди бела дня – необычное время для ограбления. В эти часы люди, как правило, сидят дома. Но в наши дни то и дело читаешь о таких ужасах. Однажды, когда наши друзья отсутствовали во время ленча, к их дому подъехал мебельный фургон, оттуда вышел человек, вошел в дом и вывез мебель. Вся улица это видела, но никому в голову не пришло, что тут что-то не так. Знаете, мне казалось, будто я вчера слышала, как кто-то кричит. Но Энгус сказал, что это ужасные дети миссис Рэмзи. Они носятся по саду и вопят, изображая космические корабли, ракеты или атомные бомбы. От этого с ума сойти можно.
Инспектор уже в который раз извлек из кармана фотографию:
– Вы когда-нибудь видели этого человека, миссис Мак-Нотон?
Женщина впилась глазами в снимок:
– Я почти уверена, что видела его. Вот только где? Может, он приходил узнать, не куплю ли я новую энциклопедию в четырнадцати томах? Или это тот человек, который предлагал новую модель пылесоса? Я отказалась, и он пристал к моему мужу. Энгус сажал в саду какие-то луковицы и не хотел, чтобы ему мешали. Но тот человек продолжал рекламировать свои пылесосы, рассказывать, как ими можно чистить занавески, подушки и вообще что угодно. Наконец Энгус посмотрел на него и осведомился: «А эта штука может сажать луковицы?» К счастью, вопрос сбил этого типа с толку, и он тотчас же удалился.
– Вы в самом деле думаете, что это был человек, изображенный на фотографии?
– Ну, я, конечно, не вполне уверена, – призналась миссис Мак-Нотон. – Теперь я припоминаю, что тот был гораздо моложе. Но тем не менее мне кажется, что я уже видела это лицо. Да. Чем больше я на него смотрю, тем сильнее убеждаюсь, что он приходил сюда и предлагал что-то купить.
– А может быть, застраховаться?
– Нет-нет, только не застраховаться. Мой муж всегда за этим следит, поэтому мы застраховали все, что только можно. Но все же чем больше я смотрю на фотографию…
Хардкасла отнюдь не ободряли эти заявления. На своем веку он достаточно повидал подобных женщин и знал по опыту, что миссис Мак-Нотон очень хотелось видеть кого-то связанного с убийством. Глядя на фотографию, она убеждала себя в том, будто помнит этого человека.
Инспектор тяжело вздохнул.
