Первую машину пришлось пропустить, над кабиной торчали головы, и когда она поехала мимо, Лимон насчитал в ней семь человек, а Зее – восемь. Зато вторая была небольшим пикапом, в котором явно ехали только двое. Лимон махнул рукой, и молчаливая девочка – Эрта, – волоча за собой обоих третьеклассников, выбежала на дорогу. Они кричали и размахивали руками. Пикап притормозил и пополз небыстро, однако не останавливаясь совсем; водитель и пассажир энергично озирались, не без основания предполагая засаду, да где там – Лимон кое-что смыслил в маскировке. Наконец машина остановилась на самой осевой напротив детишек, пассажирская дверь приоткрылась, там завязался какой-то разговор. Лимон не слушал – он считал до десяти.
На счёт «восемь» один из третьеклассников – это был полный джакч, но Лимон так и не мог запомнить их имена: Прек и Резар? Перт и Ренор? – в общем, что-то из древней истории… – и уж тем более научиться различать их (вы что, братья? – нет, раньше даже не знали друг друга…) – так вот, один из Прека-Ренора завопил, показывая рукой вверх по склону. Конечно, оба в машине уставились на невидимую угрозу…
Девять… десять.
Лимон выскользнул из-под травяной накидки, метнулся к кабине и сунул ствол ружья под рёбра пассажиру. Тут же раздался глухой удар: Зее стволом своего ружья пробила боковое стекло со стороны водителя, прохрипела:
– Руки!
– Вылезай! – в свою очередь рявкнул Лимон.
Пассажир – костлявый прыщавый парнишка лет шестнадцати, одетый в слишком просторную для него дорогую жёлтую кожаную куртку, – посмотрел на водителя – водительницу – и начал медленно выбираться наружу.
– На колени, потом мордой вниз, – сказал Лимон.
– Что вы делаете? – воскликнула водительница. Лимон мельком взглянул не неё. Взрослая тётка в очках, цветастом платке и меховой жилетке, светлые волосы стянуты назад в косичку или хвостик…
– Руки! – повторила Зее. – Руки на руль, джакч, смотреть перед собой, не шевелиться. Я психованная, поняла?! И молчать!
Лимон наскоро ощупал парнишку. Вроде бы пустой.
– Лежать, – повторил он. – Народ, быстро помогли Дину.
Дину уже плёлся, болтаясь вокруг толстого дрына.
Ребятня бросилась помогать.
– Отполз в кювет, – сказал Лимон парнишке. – Лёг, руки на голову, замер. Имей в виду – мне тебя пристрелить легче, чем так оставлять. Понял?
Тот ухитрился кивнуть.
