Весь этот мир полностью

Олли: я знаю это не все Мэд но это лучше чем ничего

 Позднее, 00:05

Мэделайн: Это не лучше, чем ничего.

Это намного хуже, чем ничего.

Олли: что?

Мэделайн: Думаешь, мы сможем вернуться к тому, что было раньше?

Мэделайн: Ты хочешь вернуться к процедуре дезинфекции и непродолжительным визитам? Никаких прикосновений, и никаких поцелуев, и никакого будущего?

Мэделайн: Ты хочешь сказать, что этого тебе достаточно?

Олли: это лучше чем ничего

Мэделайн: Нет, не лучше. Перестань это повторять.

Позднее, 2:33

Олли: а как насчет таблеток?

Мэделайн: А что с ними?

Олли: они же действовали пару дней. может в конце концов их сделают как надо

Олли: мэдди?

Мэделайн: Не было никаких таблеток.

Олли: что ты имеешь в виду?

Мэделайн: Что не было никаких таблеток.

Я сказала тебе о них, чтобы ты поехал со мной.

Олли: ты солгала мне?

Олли: но ты могла умереть и это была бы моя вина

Мэделайн: Ты не несешь за меня ответственность.

 Позднее, 3:42

Мэделайн: Я хотела иметь все, Олли.

Я хотела получить тебя и весь этот огромный мир. Я хотела иметь все.

Мэделайн: Я больше не могу так.

Олли: как так?

Мэделайн: Больше никакого чата. Никаких писем. Это слишком тяжело. Я не могу вернуться назад. Моя мама была права. Раньше жизнь была лучше.

Олли: лучше для кого?

Олли: не делай этого Мэдди

Олли: моя жизнь лучше когда в ней есть ты

Мэделайн: но моя нет

<Мэделайн вышла из чата>

«НЕВИДИМКА», РАЛЬФ ЭЛЛИСОН

Осторожно, спойлер: Ты не существуешь, если никто тебя не видит.

Я В БЕСКРАЙНЕМ ПОЛЕ КРАСНЫХ МАКОВ. Качаясь на длинных стеблях, маки достают мне до талии – их алый цвет похож на кровь. В отдалении я вижу одного Олли, а потом двух, а потом многочисленных Олли, шагающих мне навстречу. На них респираторы, в руках они держат наручники и давят маки своими черными сапогами, маршируя по направлению ко мне, молча и решительно.

Сон не выходит у меня из головы. Я проживаю день наяву, но все время вижу этот сон. Стараюсь не думать об Олли. Стараюсь не вспоминать о том, как увидела его впервые. Как мне почудилось, будто он с другой планеты. Я стараюсь не думать о кексах, и стойках на руках, и поцелуях, и бархатном песке. О том, что второй, третий и четвертый поцелуи такие же потрясающие, как и первый. Я стараюсь не думать о нем, потому что если начну, то вспомню, как еще несколько дней назад была связана с ним и со всем миром.

Тогда мне придется вспомнить о своих надеждах. О том, как я убеждала саму себя, будто я какое-то чудо.

Но мир, частью которого я так сильно хотела быть, не принял меня.

Я должна отпустить Олли. Я усвоила урок. От любви можно умереть, и я лучше останусь жива, чем буду жить там, Снаружи.

Я как-то сказала Олли, что знаю собственное сердце лучше, чем все остальное, и это по-прежнему так. Но что-то в нем изменилось.

«ПОСТОРОННИЙ», АЛЬБЕР КАМЮ

«В ОЖИДАНИИ ГОДО», СЭМЮЭЛ БЕККЕТ

«ТОШНОТА», ЖАН-ПОЛЬ САРТР

Осторожно, спойлер: Все – это ничто.

С КАЖДЫМ ДНЕМ Я СТАНОВЛЮСЬ КРЕПЧЕ. Ничего не болит, кроме сердца, но я стараюсь им не пользоваться. Держу жалюзи опущенными. Читаю книги. Экзистенциальные или нигилистические. У меня не хватает терпения читать произведения, утверждающие, будто в жизни есть смысл. Я не вытерплю хеппи-энда.

Я не думаю об Олли. Он шлет мне письма, которые я удаляю не читая.

Спустя две недели я уже достаточно здорова, чтобы возобновить некоторые занятия. Проходит еще две недели, и я могу вернуться ко всем.

Я не думаю об Олли. По-прежнему удаляю его письма.