Детектив задумчиво посмотрел на Перри Мейсона.
— Мы сможем справиться? — спросил он.
— Да.
— И прокурора округа не волнует, каким образом мы добудем признание?
— Нисколько, — ответил Мейсон. — Ты же понимаешь, они не могут использовать «непарламентские» методы. А мы можем.
— Ты имеешь в виду насилие?
— Не обязательно, есть пути и получше. Мы просто поставим его в неловкое положение во время беседы. Я даже знаю как…
— Почему в Кловердале прокурор не стал заниматься этим делом? — спросил Дрейк, раскачиваясь на стуле.
— Во-первых, у него не было подобной ситуации в судебной практике; во-вторых, все «тузы» в Кловердале — захолустные молокососы. Чем больше бы прокурор сделал, чтобы прояснить ситуацию, тем больше он показал бы легковерие бизнесменов небольшого провинциального городка.
— И ты не позволишь Брэдбери знать даже план наших действий?
— До тех пор, пока что-то не будет сделано…
— Но это же грубо по отношению к нему.
— Ты чертовски прав, это будет просто чудовищно грубо по отношению к нему, — произнес Мейсон, с неожиданным актерским мастерством подражая какому-то оперному злодею.
Полуденное солнце гостило в кабинете Мейсона, нарядной яркой полосой высвечивало шафрановый узор ковра, изумрудное, сухое и пыльное сукно письменного стола зеркальным огнем горело в застекленной дверце книжного шкафа.
Мейсон толкнул дверь кабинета и кинул портфель на стол.
— Я получил запрос на тот случай с ножом, — устало сказал он. — Считали, что нападение со смертельным оружием производилось с целью убийства. А теперь все сводят просто к разбойному нападению. И я не упустил шанс…
— А гонорар? — осведомилась Делла. Мейсон покачал головой:
— Сочтем его акцией благотворительности… Ты ведь не можешь винить ту женщину… Ей было невыносимо жить. Ни денег, ни друзей…
Делла Стрит, улыбаясь, оценивающе посмотрела на него; ее карие глаза, одобрительно глядящие на него, были просвечены солнцем и напоминали совсем темный янтарь.
— Да, конечно, — только и сказала она.
— Что новенького? — спросил Перри.
— Пол Дрейк хотел застать вас. Просил, чтобы вы сразу позвонили, как придете.
— Хорошо, соедини с ним. Есть что-нибудь еще?
— Только текущие вопросы. Я положила вам на стол записи. Единственный важный звонок был от Дрейка. Брэдбери звонил пару раз, но думаю, он просто пытается выяснить, как идут дела.
— Не забудь, Делла, — предупредил Мейсон, — он не должен связываться со мной, пока я не переговорю с Дрейком.
Мейсон прошел в другой кабинет, и вскоре зазвонил телефон. Сняв трубку, он услышал голос Пола Дрейка:
— У меня есть информация о Фрэнке Пэттоне, Перри. Я получу ее сегодня около восьми часов вечера или раньше. Может, я загляну к тебе и все расскажу?
— О’кей, — ответил Мейсон, — подожди, не вешай трубку. — Он переключил телефон на приемную и наказал Делле, чтобы во время разговора с Дрейком его не беспокоили, особенно это касалось Брэдбери.
— Ясно, шеф, — четко ответила секретарша.
— Давай приходи, — сказал Мейсон Дрейку и положил трубку.
Спустя две минуты Пол Дрейк уже открывал дверь конторы Перри Мейсона.
— Ну, что у тебя? — спросил адвокат.
Пол Дрейк уселся в большое кожаное кресло и закурил сигарету.
— Я выяснил, — начал он, — что этот парень, Пэттон, занимался своими делишками в Паркер-Сити. И странно, что он не использовал вымышленного имени, а проходил там как Фрэнк Пэттон. И кинокомпания, которая подписала контракт, была та же, что и в Кловердале…
— И кого он поймал на крючок в Паркер-Сити? — полюбопытствовал Перри.
— Опять же Торговую палату и акционеров.
— Нет, там, вероятно, была девушка…
— А, ее зовут Тэльма Бэлл. У нас есть ее координаты. Живет на Ист-Фолкнер-стрит, 962, снимает дешевую комнату, телефон — Харкорт 6-3891. Комната под номером 301, но сейчас девушки там нет. Мы дозвонились и выяснили, когда она возвращается… Теперь у нас будут доказательства ее связи с Фрэнком Пэттоном.
— Когда ты с ней встречаешься?
— Сегодня около восьми. Она где-то работает, точно не знаю где. Короче, девушка, видавшая виды. В Паркер-Сити она выиграла конкурс красоты и приехала сюда с контрактом кинокомпании, как и Маджери Клун. Когда поняла, что ее надули, стала танцевать в кордебалете.
— И связалась с Фрэнком Пэттоном? — нахмурившись, спросил Мейсон.
— Видимо, девушка принимает жизнь так, как есть… Она вообразила, будто Пэттон сделал для нее решительно все, что мог, и нечего его винить за неудачу. Вот что пока удалось разузнать от ее друзей.
— Но она придет сегодня к восьми часам? — настойчиво спросил Мейсон.
— Возможно, и раньше…
— И думаешь, даст нам адрес Фрэнка Пэттона?
— Уверен. У меня наготове человек, ждет, когда она появится. Он намекнет ей: мол, это нужно тем дурочкам, что еще не польстились на такую же приманку. Вот так.
— Хорошо, — сказал Перри Мейсон, доставая «Мальборо» из портсигара, — замечательно.
— О, еще нет.
— Почему?
— Мне надо бы знать твои действия относительно Пэттона.
Мейсон с мрачным лицом повернулся к Дрейку.
— Когда я найду этого типа, — медленно произнес он, — то надавлю на него, сломаю…
— Но как ты собираешься это сделать?
