— Как только я прочитала вашу речь, — возбужденно сказала Делла Стрит, — то поняла всю цепочку умозаключений, благодаря которой вам стало ясно, где находятся трупы…
Она умолкла, бросив взгляд на Пола Дрейка.
— Тем не менее, — указал детектив, — две-три вещи в твоей речи не стыкуются. Во-первых, если Телма Бентон вернулась домой вместе с этим парнем, Карлом Траском, и они вдвоем прикончили Форбса, то почему Уилер и Доук не видели, как они подъехали к дому?
— Уилера и Доука не вызывали в качестве свидетелей, — отозвался адвокат.
— Знаю. Ты позаботился об этом, проследив, чтобы окружной прокурор не знал о наблюдении за домом. Если бы ему было известно все, что знали эти двое ребят, он перевернул бы небо и землю, чтобы заполучить их.
— Но было ли честно выводить их из-под юрисдикции суда? — с сомнением спросила Делла Стрит.
Перри Мейсон, расставив ноги, расправил плечи и выпятил подбородок.
— Слушайте, вы оба, — сказал он. — Я уже говорил вам и повторяю снова, что я не судья и не жюри. Я адвокат. Окружной прокурор делает все возможное, чтобы выстроить убедительное дело против обвиняемого, а адвокат — чтобы опровергнуть обвинение. Возьмем, к примеру, водителя такси. Вы и я знаем, что он никогда бы не смог опознать женщину, оставившую платок в его машине. Он знал, что она пользуется необычным сортом духов, знал, как она была одета, примерно представлял себе ее фигуру — и больше ничего. Мы эффективно продемонстрировали, насколько ненадежно его опознание, показав ему Мей Сибли. Однако окружной прокурор, имея к своим услугам всю государственную машину, провел изощренную кампанию по внушению, убедив шофера, что он не только в состоянии уверенно опознать ту женщину, но и что ею, несомненно, является подсудимая.
Адвокату постоянно приходится сталкиваться с подобной тактикой. Повторяю, он не судья и не жюри, а всего лишь представитель подзащитного, нанятый им с санкции государства, чей священный долг — представить дело подзащитного в наиболее выгодном свете. Вот мое кредо, которому я стараюсь следовать.
— Ну, — промолвил Дрейк, — в этом деле ты здорово рисковал, но вышел сухим из воды и заслуживаешь поздравлений. Газеты создают тебе рекламу на миллионы долларов. Тебя называют чародеем закона, и, клянусь богом, это правда!
Он протянул руку, которую Мейсон крепко пожал.
— Я какое-то время буду у себя в офисе, если ты захочешь что-нибудь уточнить, — сказал детектив. — Думаю, ты здорово устал и хочешь пойти домой и отдохнуть.
— События развивались слишком быстро, — отозвался Мейсон, — но мне нравятся острые ощущения.
Дрейк вышел из офиса.
Делла Стрит смотрела на шефа блестящими глазами.
— Я так рада, что ты спас ее! — воскликнула она. — Это было чудесно!
Губы девушки задрожали. Несколько секунд она стояла молча, словно не могла найти подходящих слов, потом снова обняла Мейсона.
В дверях послышался виноватый кашель.
Делла резко обернулась.
На пороге стояла Бесси Форбс.
— Простите за вторжение, — заговорила она. — Меня освободили, и я, собрав вещи, сразу отправилась в ваш офис.
— Все в порядке, — успокоил ее Мейсон. — Мы очень рады…
Его прервало громкое царапанье. Дверь стенного шкафа распахнулась, полицейская овчарка ворвалась в комнату, беспомощно заскользила по паркету, но развила скорость, добравшись до ковра, устремилась к ошарашенной Бесси Форбс и с радостным визгом лизнула ее в лицо.
Женщина с неменьшей радостью наклонилась и обхватила руками мощное туловище пса.
— Принц! — воскликнула она.
— Прошу прощения, — возразил Перри Мейсон, — но его зовут не Принц. Принц мертв.
Бесси Форбс недоверчиво уставилась на него.
— Лежать, Принц, — приказала она.
Собака опустилась на пол, глядя на нее преданными глазами и восторженно молотя хвостом.
— Где вы его нашли? — спросила женщина.
— Я мог лишь догадываться, почему собака выла в ночь с пятнадцатого на шестнадцатое октября, — ответил Мейсон. — Но мне было непонятно, почему она не выла следующей ночью, если еще была жива. Я также не мог понять, как случилось, что пес, более года проживший в одном доме с Телмой Бентон, мог внезапно искромсать ей правую руку. После окончания процесса я проделал экскурсию по окрестным собачьим питомникам. Хозяин одного из них вечером шестнадцатого октября обменял полицейскую овчарку на другую, очень на нее похожую. Я приобрел у него этого пса.
— И что вы собираетесь с ним делать? — осведомилась Бесси Форбс.
— Я собираюсь отдать его вам. Он нуждается в хорошем доме. Предлагаю вам забрать его и немедленно покинуть город. — Он вручил ей поводок. — Дайте знать, где вы находитесь, чтобы мы могли поддерживать с вами связь. Вы являетесь наследницей по условиям завещания, но вас будут атаковать репортеры и задавать вам щекотливые вопросы. Было бы лучше, если бы вы оказались для них недосягаемой.
Какое-то время женщина молча смотрела на него, потом внезапно протянула руку.
— Благодарю вас, — сказала она и скомандовала: — Рядом, Принц!
Собака вышла вместе с ней из кабинета, стараясь шагать вровень с хозяйкой и гордо помахивая хвостом.
