— Только то, что с этой минуты здесь распоряжается миссис Белтер. Теперь вы будете получать распоряжения от нее, а так как я являюсь ее представителем, то и от меня. Одна из первых вещей, которые вы сделаете, так это выбросите в корзину статью о Бичвунд Инн.
— Да-а? — саркастично сказал Локк.
— Да, — повторил Мейсон.
— Однако вы оптимист, мистер Мейсон.
— Может быть, оптимист, а может быть, и нет. Достаточно вам взять трубку и позвонить миссис Белтер.
— Мне не нужно звонить ни миссис Белтер, ни кому-нибудь другому. Здесь все решаю я.
— Значит, так?
— Вот так! — буркнул Локк.
— Мы будем вынуждены поговорить еще раз, — заявил Мейсон. — Мы пойдем туда, где нас не будут слышать слишком много ушей.
— Вам пришлось бы на этот раз приготовить лучшую речь, чем в последний раз. Иначе я не намерен никуда с вами идти.
— Мы немного прогуляемся, Локк, и попытаемся прийти к соглашению.
— А мы не можем поговорить здесь?
— Вы знаете мое мнение об этом заведении. Я чувствую себя здесь не лучшим образом, а когда так себя чувствую, то и говорю не лучшим образом.
Локк размышлял какое-то время и наконец сказал:
— Пусть будет по-вашему, но даю вам самое большее четверть часа. На этот раз вам придется говорить коротко и по существу.
— Это будет нетрудно, — заверил Мейсон.
— Я всегда готов попробовать, — ответил Локк.
Он взял шляпу и вышел с Мейсоном на улицу.
— Может быть, мы сядем в такси и поедем туда, где сможем спокойно поговорить? — предложил Локк.
— Повернем за угол. Я хочу быть уверенным в том, что такси не подсунуто.
— Бросьте эту детскую игру, Мейсон, — скривился Локк. — Ведите себя как взрослый человек. В редакции у меня есть микрофон, не спорю, но вы ведь не воображаете себе, что я держу людей снаружи, чтобы иметь свидетелей того, что вы мне скажете. Если бы вы в прошлый раз влезли на крышу небоскреба и кричали во все горло, это все равно ничего не изменило бы.
— У меня свой способ устраивать дела, — сухо ответил Мейсон.
— Мне это вовсе не нравится.
— Не вам одному.
Локк остановился на тротуаре:
— Вам это ничего не даст, Мейсон. Я могу с таким же успехом вернуться в редакцию.
— Впоследствии вы пожалели бы об этом, — предупредил Мейсон.
Локк некоторое время колебался, потом пожал плечами:
— Ладно, идемте. Раз уж я вышел с вами, то доведу дело до конца.
Мейсон вел его в направлении ломбарда Соло Стейнбурга.
— Войдем сюда.
Локк тотчас же бросил на него подозрительный взгляд:
— Я не буду здесь разговаривать.
— Вы не обязаны разговаривать. Мы войдем на минутку. Вы сможете сразу же выйти, как только пожелаете.
— Что вы еще придумали?
— Ох, идите же, — сказал Мейсон с нетерпением. — Какой вы, однако, подозрительный! А упрекали меня!
Локк вошел в магазин, осторожно осматриваясь во все стороны. Из подсобной комнаты вышел Сол Стейнбург, с лицом, расплывшимся в улыбке. Он посмотрел на Мейсона.
— Ну-ну, — сказал Сол. — Это вы вернулись? Чего вы еще хотите?
В этот момент его глаза задержались на Фрэнке Локке. На лице Стейнбурга отразилась целая гамма чувств. Улыбка уступила место выражению удивления, узнавания и, наконец, внезапной решительности. Стейнбург поднял дрожащий палец и направил его на Локка.
— Это тот человек.
— Спокойно, мистер, — сказал Мейсон Солу. — Вы должны быть абсолютно уверены.
В голосе Мейсона было предупреждение. Владелец ломбарда вдруг стал красноречивым.
— Разве я не абсолютно уверен? Разве я уже не могу узнать человека? Вы меня спрашивали, узнáю ли я его, я сказал вам, что узнáю. Теперь я его вижу и говорю вам: это он. Это он. Тот самый человек. Я узнаю его нос и цвет глаз.
Локк отступил в сторону двери. Губы у него скривились от бешенства.
— Во что вы хотите меня впутать? — рявкнул он. — Что это за сговор? Это вам ничего не даст. Я этого так не оставлю.
— Что вы дергаетесь? — спросил Мейсон и снова повернулся к владельцу ломбарда. — Мистер, вы должны иметь абсолютную уверенность. Вы не должны сомневаться, когда окажетесь под огнем вопросов, стоя перед судом.
Сол сделал руками выразительный жест:
— Разве я могу иметь бóльшую уверенность? Вы меня поставьте перед судом, приведите дюжину адвокатов, приведите сотню адвокатов, я всегда повторю то же самое.
— Я в глаза не видел этого человека, — вставил Фрэнк Локк.
Смех Стейнбурга был шедевром сарказма. На лбу Локка появились капли пота. Он повернулся к Мейсону:
— Что вам вообще нужно? Что это за номер?
Мейсон серьезно покачал головой:
— Это часть моей теории. Все подтверждается.
— Что подтверждается?
— Что вы купили этот револьвер, — сказал Мейсон усталым голосом.
— Вы взбесились, что ли? — заорал Локк. — Я никогда в жизни не покупал ни одного револьвера. Я никогда здесь не был. Я в глаза не видел этого человека. Я вообще никогда не ношу револьвера.
Мейсон повернулся к Стейнбургу:
— Дайте мне, пожалуйста, реестр проданного оружия. И оставьте нас одних. Мы хотим поговорить.
Стейнбург дал ему реестр и покинул зал магазина. Мейсон нашел нужную страницу. Как бы нечаянно заслоняя ладонью номер оружия, он прочитал: «Револьвер «кольт», калибр восемь». Затем повел пальцем в сторону фамилии в последней рубрике.
