— Ради бога, бросьте эти бредни. Мы оба хорошо знаем, в чем дело. Вы хотите насолить мне, чтобы я сломался и капитулировал. Зачем крутить? Вы хотите вмешать меня в паскудную историю, а я не намерен вам этого позволить.
— Что вы так переживаете, если уверены, что все это подстроено?
— Потому что опасаюсь некоторых дел, которые при этом могут вылезти.
— Вы думаете о том убийстве в Саванне?
Локк выругался, отвернулся от Мейсона и стал внимательно смотреть в окно. Мейсон сидел, удобно устроившись на сиденье, и, казалось, был полностью поглощен созерцанием людей на тротуаре, фронтонов домов и витрин магазинов. В какой-то момент Локк начал было говорить, но раздумал и замолчал.
Такси остановилось перед отелем «Уалрайт». Локк вышел и жестом руки показал Мейсону на таксиста. Но Мейсон покачал головой:
— Нет, Локк, на этот раз вы платите, ведь это вы хотели взять такси.
Локк достал из кармана деньги, швырнул водителю и исчез в дверях отеля. Мейсон двинулся за ним. Локк подошел к лифту и поднялся на десятый этаж. Когда лифт остановился, он вышел, не глядя, идет ли Мейсон за ним, и направился прямо к номеру Эстер Линтен.
Он постучал в дверь.
— Это я, Эстер! — крикнул он.
Девушка открыла. На ней был халат, из-под которого виднелось шелковое розовое белье. При виде Мейсона она сделала большие глаза и отступила, резко запахнувшись в халат.
— Что это значит, Фрэнк?
Локк прошел мимо нее.
— Я потом тебе объясню, дорогая. Я хочу, чтобы ты сказала этому господину, где я был вчера вечером.
— А в чем дело, Фрэнк?
В голосе Локка было бешенство:
— Перестань глупить. Ты хорошо знаешь, в чем дело. Ну, давай, это серьезная история, ты должна сказать всю правду.
Она смотрела на Локка, хлопая ресницами.
— Сказать всю правду?
— Да. Этот человек не из секции по борьбе с проституцией. Он просто-напросто дурак, которому кажется, будто он может впутать меня в какую-то подстроенную историю.
— Мы были на ужине, — начала она слабым голосом. — А потом вернулись сюда.
— И что дальше? — настаивал Локк.
— Потом я разделась, — выдавила она.
— Говори дальше. Скажи ему все. И говори громче, чтобы он тебя хорошо слышал.
— Я легла в постель, — медленно продолжала она. — Вечером я выпила пару рюмок…
— В какое время вы легли? — спросил Мейсон.
— Где-то около половины одиннадцатого.
Локк смотрел на него.
— И что дальше? — спросил адвокат.
Она тряхнула головой.
— Я проснулась сегодня утром со страшной головной болью, Фрэнк. Конечно, я знаю, что ты был здесь, когда я заснула. Но я не знаю, во сколько часов ты вышел, и вообще ничего больше. Меня совсем разобрало с двух рюмок.
Локк отскочил в угол, как будто ожидал нападения со стороны присутствующих.
— Ты, паршивая…
— Как вы разговариваете с порядочной женщиной? — вмешался Мейсон.
— Что вы валяете дурака, Мейсон? — Локк был вне себя. — Это вовсе не порядочная женщина.
Эстер Линтен смерила его гневным взглядом:
— Это тебе ничуть не поможет, Фрэнк. Если тебе нужно было алиби, то зачем ты велел мне говорить правду? Если ты хотел, чтобы я лгала, то нужно было заранее предупредить, и я сказала бы все, что ты хотел. Но нет, ты сам просил меня говорить правду.
Локк снова выругался.
— Мне кажется, что эта молодая особа как раз переодевалась, — сказал Мейсон. — Не будем задерживать ее дольше. Я спешу, Локк. Вы идете со мной или предпочитаете остаться?
Голос Локка не обещал ничего хорошего:
— Я остаюсь.
— Хорошо, — ответил Мейсон. — Я позволю себе еще только позвонить.
Он подошел к телефону, снял трубку и сказал телефонистке:
— Соедините меня с управлением полиции, пожалуйста.
Локк смотрел на него глазами крысы, пойманной в ловушку. Через минуту Мейсон сказал:
— Соедините меня с Сиднеем Драммом из следственного отдела.
— Ради бога, положите быстрее трубку! — испуганно воскликнул Локк.
Мейсон повернулся к нему с вежливой улыбкой.
— Положите быстрее трубку! — закричал Локк. — Черт возьми, Мейсон, я у вас в руках. Вы подстроили все так, что мне не вывернуться. Все это примитивно, но я не могу позволить, чтобы вы стали выставлять перед судом дело с мотивом. Этим вы меня доконали. Достаточно будет вам привести доказательства мотива, и суд не будет больше ничего слушать.
Мейсон повесил трубку и повернулся лицом к Фрэнку Локку:
— Наконец-то мы начинаем к чему-то подходить.
— Чего вы хотите?
— Вы знаете.
Локк поднял руки в знак капитуляции:
— Это само собой разумеется. Что еще?
Мейсон покачал головой:
— Пока ничего. Я советовал бы вам только помнить, что владельцем газеты является теперь миссис Белтер. Лично я считаю, что было бы неплохо поговорить с ней, прежде чем вы напечатаете что-либо, что могло бы ей не понравиться. Это ведь двухнедельная газета?
— Да, ближайший номер появится в следующий четверг.
— Ох, до того времени многое может случиться, — заметил Мейсон.
Локк не ответил ничего. Мейсон повернулся к девушке:
— Извините за вторжение.
— Не за что. Если этот идиот хотел, чтобы я лгала, то почему он этого не сказал? Что ему стукнуло в голову, чтобы приказать мне говорить правду?
Локк подскочил к ней:
— Лжешь, Эстер. Ты отлично знаешь, что была в постели в полном сознании.
