— Неужели я этого не понимаю, Пол? Только не говори ей. Я не упомяну даже ее имени.
Делла сразу насторожилась:
— О чем это вы там шепчетесь у меня за спиной? Хватит, пора в суд!
Шумейкер вызывал свидетелей одного за другим, вероятно, уже считая себя победителем.
Эксперт по баллистике показал, что пули, найденные в машине, были выпущены из револьвера 38-го калибра. Представитель оружейного магазина из Солт-Лейк-Сити подтвердил записью в регистрационном журнале, что именно Джулия Брэннер приобрела названный револьвер в их магазине и имела лицензию на право ношения оружия, что также подтверждено записью. Дактилоскопист засвидетельствовал, что найденные отпечатки на внутренней стороне стекла со стороны водителя действительно принадлежат Джулии Брэннер.
Наконец, Шумейкер поднялся и объявил:
— Вызовите Питера Сакса.
Сакс, нос и щеки которого были заклеены пластырем, вышел вперед и был приведен к присяге.
— Знакомы ли вы с обвиняемой Джулией Брэннер? — спросил Шумейкер после того, как Сакс назвал свое имя и адрес, по которому проживает.
— Да, — глухо сказал Сакс.
— Знакомы ли вы с Перри Мейсоном, который защищает интересы Джулии Брэннер?
— Да.
— Вы разговаривали с Джулией Брэннер в присутствии свидетелей?
— Со мной был Виктор Стоктон.
— Кто еще?
— Никого.
— Где состоялся этот разговор?
— В аэропорту Лос-Анджелеса.
— Ваша профессия?
— Частный детектив.
— До этого вы звонили обвиняемой?
— Да.
— Во время разговора вы упомянули, кем являетесь?
— Да, сэр. Я отрекомендовался наемным убийцей и рассказал о тех убийствах, которые якобы совершил за деньги.
— Когда состоялась беседа, о которой в данный момент вы даете показания?
— Четвертого числа этого месяца.
— В котором часу?
— Около десяти утра.
— О чем конкретно шел разговор?
Мейсон поднялся:
— Ваша честь, совершенно определенно обвинитель пытается связать мою подзащитную с делом об убийстве. Но, однако же, до сих пор не установлено, имело ли вообще место убийство. Так что я возражаю по этому поводу. Обвинение не сочло нужным доказать состав преступления, а без этого совершенно бессмысленно проводить данные допросы.
Шумейкер тут же привел встречный довод:
— Мы вовсе не обязаны это доказывать, так как ведем предварительное слушание дела. В наши обязанности входит лишь доказать, что преступление было совершено…
— Вот и докажите! — перебил его Мейсон.
Шумейкер сделал вид, что не расслышал данного замечания.
— …И у нас есть основание предполагать, что обвиняемая к этому причастна.
— Не мне вам говорить, что нельзя выяснять обстоятельства убийства, не доказав в первую очередь состава преступления. Сейчас выясняется, что кто-то, но не обвиняемая, перегнал автомобиль Ренуолда Браунли с места преступления на пристань и утопил его. Моя же подзащитная уехала до этого, если верить свидетелю Викслеру. Не резонно ли предположить, что Браунли пришел в себя, включил двигатель, но не справился с управлением и свалился в воду. А раз так, он умер не от огнестрельных ран, а утонул. Для того чтобы доказать факт убийства, обвинению необходимо установить, что смерть Браунли явилась прямым следствием полученных им ран.
— Ничего подобного! — агрессивно заявил Шумейкер. — Ваша честь, если заявление адвоката верно и Браунли действительно утонул, то в воду-то он свалился в результате противозаконных действий обвиняемой. Ведь именно она стреляла в него, лишив возможности нормально вести машину.
— Вот-вот! — с иронией сказал Мейсон. — Как раз этого вы и не доказали. Вы даже не знаете, сколько раз в него выстрелили, сколько пуль в него попало, были эти ранения серьезными или же только поверхностными. Более того, если пострадавший утонул, но не моя подзащитная и не кто-либо из ее сообщников утопил эту машину, то определенно ее нельзя обвинить в гибели Браунли. В тот момент, когда вы допустите тот факт, что к Браунли хотя бы на мгновение вернулось сознание и он сам сорвался в воду, вы приведете убедительнейший довод против собственной версии. Да и вообще, в ваших выступлениях неоднократно мелькало сомнение в достоверности тех фактов, которые вы привели.
Шумейкер покраснел.
— Ваша честь, это попытка воспрепятствовать правосудию всякими формальностями, которые…
