— Значит, ты решил поговорить с ними по одному делу? — поинтересовался Дункан.
Грэйб кивнул.
— Именно. Только я решил подождать тебя.
Дункан наконец выудил из кармана сигару, обрезал кончик перочинным ножом, чиркнул спичкой о подошву и сказал:
— Прекрасно, Сэмми, я готов к разговору.
— Ты будешь говорить?
— Нет, Сэмми, лучше ты.
— Сильвия Оксман у нас здесь недурно поиграла на днях, — повернулся к Мейсону Грэйб. — Мы навели о ней справки и выяснили, что ее мужа зовут Фрэнк Оксман. Нам также стало известно, что в настоящее время Фрэнк Оксман собирается начать бракоразводный процесс и ему необходимы доказательства, которые могут быть использованы для того, чтобы объявить, что Сильвии Оксман нельзя доверять ребенка и опекунство над ним, поскольку она одержима страстью к азартным играм и вследствие этого не в состоянии должны образом распоряжаться деньгами. Вы что-нибудь слышали об этом?
— Нет, — покачал головой Мейсон. — Я даже не желаю об этом знать.
— Возможно, ваш клиент пожелает.
— Предоставьте это решать моему клиенту.
— Что ж, пусть будет так. Во всяком случае, если вы поднялись к нам на борт в поисках подобных доказательств, то можете их получить. Мы не против передать их вам.
— На каких условиях?
— Об условиях нам придется договариваться особо, — сказал Грэйб, бросая быстрый взгляд на компаньона.
— Вполне вероятно, что ваши представления о доказательствах такого рода не соответствуют моим, — спокойно сказал Мейсон.
— Не беспокойтесь, с ними полный порядок, — заверил Грэйб.
— Дело лишь в том, желаете ли вы их приобрести вообще, — заметил Дункан.
— Прежде всего мы хотели бы взглянуть на них, — сказал Мейсон.
Грэйб многозначительно посмотрел на компаньона, тот кивнул головой, встал и подошел к стальной двери, ведущей в подсобное помещение. Через минуту оттуда донесся звук хлопнувшей дверцы из бронированной стали, и Дункан появился в кабинете, держа в руках три листка бумаги, которые он бросил на стол. Бриллианты на руке Грэйба сверкнули, когда он взял бумаги со стола.
— Три векселя, подписанные Сильвией Оксман, на общую сумму в семь с половиной тысяч долларов.
— Мы вовсе не рассчитывали на что-либо подобное, — поднял брови Мейсон.
— Теперь можете рассчитывать.
— Я хотел бы посмотреть их, — заявил адвокат.
Грэйб разложил расписки на столе, прижал их растопыренными пальцами и мрачно сказал:
— Можете смотреть.
— Я не могу считать это осмотром, — возразил Мейсон.
— Зато я считаю осмотром! — рявкнул Грэйб с побагровевшим от злости лицом. — Если вас это не устраивает, то катитесь к чертовой бабушке!
— Ну, ну, Сэмми, успокойся, — сказал Дункан примиряющим тоном. — В конце концов, ведь это деловое соглашение.
— С меня хватит! — в бешенстве воскликнул Грэйб. — С той самой минуты, как этот адвокат вошел сюда, я понял его. Он ведет себя так, будто он сам господь бог, а я какой-то подонок!
Дункан молча подошел к нему и протянул руку за расписками. Мгновение поколебавшись, Грэйб отступил от стола, пробормотав:
— Что ж, займись этим сам, может, у тебя выйдет лучше.
Дункан протянул одну из бумажек Мейсону.
— Вы можете осмотреть их по очереди.
Мейсон кивнул, взял протянутый листок и подошел с ним к Дрейку. Расписка была написана на стандартном бланке, который можно было получить в любом магазине. Она была выдана на сумму в две с половиной тысячи долларов, подписана именем Сильвии Оксман и датирована двумя месяцами ранее. Остальные две расписки были выданы на такие же суммы с промежутком примерно в месяц.
Вернув последнюю расписку Дункану, Мейсон спросил:
— Что вы хотите за них?
— Вы ведь адвокат, — сказал Дункан, — и понимаете все лучше меня. Если у вас на руках окажутся эти документы, то ни один суд не позволит женщине распоряжаться собственностью ребенка, раз она азартный игрок. Так что мы готовы выслушать ваши предложения.
— Предложения! — взорвался Грэйб. — Много ты от них дождешься! Нет, это мы будем ставить условия. Пусть принимают их или убираются вон!
Мейсон решительно поднялся со стула.
— Минутку, — сказал Дункан. — Давайте поговорим спокойно. Мой компаньон — довольно вспыльчивый человек, но ведь можно обо всем договориться, не так ли?
— Конечно, — кивнул Мейсон. — Должен сообщить вам, что как раз сейчас у миссис Оксман нет денег, чтобы выкупить эти расписки, и вряд ли они появятся когда-нибудь. Так что вы очень ошибаетесь, если считаете, что сделаете на мне выгодный бизнес. Дело в том, что если мы выкупим эти векселя, то это практически единственная для вас возможность выручить за них хоть что-нибудь. Никто другой вам и цента не даст за эти листочки.
— Спрячь расписки обратно в сейф, Чарли, — заявил Грэйб. — Я не желаю иметь дело с торгашами.
— А я с подонками, — небрежно бросил Мейсон.
Грэйб с проклятиями вскочил с кресла. Лицо его от бешенства покрылось пятнами. Мейсон спокойно подошел к столу и посмотрел Грэйбу прямо в глаза:
