— Я хотел бы поблагодарить вас за все, что вы для меня сделали, мистер Мейсон, — сказал Маннинг. — Мистер Дрейк дал мне работу. Он хочет установить мне испытательный срок в пару месяцев. Я уверен, что справлюсь.
— Мистер Дункан предупредил вас об увольнении? — поинтересовался адвокат.
— Как ни странно, нет, — сказал Маннинг, покачав головой. — Я чувствую себя в какой-то мере предателем по отношению к мистеру Дункану. Он не только не повел себя резко по отношению ко мне, хотя я был уверен, что он считает меня человеком Грэйба, а наоборот, пригласил к себе в кабинет, заверил, что у него нет ко мне никаких претензий, и сказал, что я могу продолжать работать в казино.
— Тогда, может быть, вы предпочитаете остаться у Дункана, вместо того, чтобы принять предложение Дрейка? — спросил Мейсон, бросив на детектива предостерегающий взгляд.
— Нет, — медленно проговорил Маннинг, — я думаю, что работа у мистера Дрейка обещает мне в будущем кое-какую перспективу. А Дункана я боюсь и не могу ему доверять. Просто я единственный, кто может поддержать рассказанную им историю, так что он сейчас нуждается во мне.
— Ты только послушай, что он говорит, Перри, — сказал Дрейк, открывая машину. — Мне уже все известно, поэтому будет лучше, если вопросы стану задавать я.
— Хорошо, — согласился Мейсон.
Когда все трое устроились в машине, Дрейк повернулся к Мейсону:
— Прежде всего я хочу рассказать тебе про Фрэнка Оксмана. Рано утром он вышел из отеля и направился в адвокатскую контору «Уоршем и Уивер». Как ты знаешь, это известные адвокаты. Старый мистер Уоршем был на месте. Мои парни обложили весь коридор, но единственное, что им удалось услышать, был стук машинки. Немного позже появились два детектива из отдела убийств. Разговор был долгим, и, когда полицейские ушли, они увели с собой Оксмана.
— Арестовали?
— Похоже на то.
— Где он теперь?
— В окружной прокуратуре. По-видимому, его допрашивают. В Бридж-отеле в ожидании возвращения Оксмана безвылазно сидят несколько журналистов.
— В таком случае это не просто домыслы, — подумав, сказал Мейсон. — Раз газеты держат там своих людей, значит, им известно, что он непременно вернется к себе.
— Наверное, так, — согласился Дрейк. — Я как-то не подумал.
Мейсон прищурился.
— Это, пожалуй, усложнит нам дело, Пол.
Дрейк поерзал на сидении и сказал тихим голосом:
— Простить себе не могу всю эту историю с Бэлграйдом. Мне, конечно, вообще не следовало его нанимать, у него не самое лучшее досье на свете. И уж конечно, я не должен был разрешать ему подниматься на борт корабля, учитывая, что он знал Дункана и Грэйба. Я послал ему на смену Стейплза, но Сильвия Оксман села в катер прежде, чем Стейплз добрался до пристани, а потому он принял на себя слежку за ней только после того, как она снова приехала на берег. Именно Стейплз должен был вести все время слежку за Сильвией Оксман, а не Бэлграйд.
— Следовательно, Бэлграйда сменили еще до того, как миссис Оксман спряталась?
— Да.
— В таком случае, он не может сообщить газетчикам местонахождения Сильвии?
— Естественно. Это известно только Стейплзу, который проследил, как она направилась в отель «Кристи». Подкупив рассыльного, он узнал номер ее комнаты. Я сообщил его Делле.
— Делла мне все передала.
— Перри, я хотел бы еще раз повторить, что ужасно сожалею об истории с Бэлграйдом. Он, безусловно, подлец. Но и я сам во многом виноват. Однако, у меня появились для тебя и хорошие новости. Мне кажется, есть кое-что, что позволит нам выпутаться. — Повернувшись к Маннингу, Дрейк сказал: — Артур, я хотел бы задать тебе несколько вопросов. Конечно, ты можешь и сам рассказать, но лучше, если ты будешь отвечать на мои вопросы, как если бы дело слушалось в суде. И мне хотелось бы, чтобы Мейсон поглядел, как ты будешь вести себя в суде при ответах на эти вопросы.
— Хорошо, — усмехнулся Маннинг, — задавайте вопросы.
— Сколько времени ты работал на судне?
— С того самого дня, как оно стало игорным заведением.
— Ты был в дружеских отношениях с Грэйбом и не слишком в хороших с Дунканом?
— Не совсем так. Сначала я был связан именно с Дунканом. Это он предложил мне работу. Но дела в казино вел Грэйб, а Дункан большую часть времени проводил в городе, закупая необходимые товары, обеспечивая рекламу, заключая договора с владельцами катеров, заботясь о том, чтобы обеспечить лояльность от полиции и все такое. Естественно, я оказался тесно связан с Грэйбом. А потом они стали ссориться по пустякам, а я пытался сохранять нейтралитет. Постепенно я понял, что Дункан норовит держаться от меня подальше, зато Грэйб, наоборот, доверял мне все больше. Я старался вести себя так, чтобы они оба не стали моими врагами, но в конце концов рассудил, что в их борьбе верх непременно одержит Грэйб, потому что деньги были у него.
— Скажи, — сказал Дрейк, бросив многозначительный взгляд на Мейсона, — кто, по-твоему, убил мистера Грэйба?
— Никто.
— Почему ты так считаешь?
