— Гарри, не дури. Из-за тебя итальяшки не начнут уличную войну. Ты для них мелкая рыбешка. Кроме того, они уже ударили по рукам с ниггерами.
Глаза Гарри начали медленно вылезать из орбит.
— Я убью этого Бадди. Маленький засранец. Это он подставил меня! Ноги его здесь не будет! В этом магазине ему больше не принимать ставок!
— А нужен ему твой магазин? Он может принимать ставки в любой телефонной будке. Если же ты дашь добро, они согласны делиться с тобой прибылью.
— Я этого никогда не забуду. И при случае врежу ему по заднице.
— А он пошлет твою подружку к тете Лайле. Вот тогда ты будешь по уши в дерьме.
Этот удар достиг цели. Гарри рухнул на кресло и покачал головой, словно не веря услышанному. Несколько мгновений спустя он вскинул на меня глаза и прошептал:
— Ты и это знаешь? Я кивнул.
— И собираешься обо всем рассказать твоей тете Лайле?
— Нет. Это не мое дело.
— Я всего лишь человек. Даже у твоего отца... Тут я его оборвал.
— Это тоже не мое дело. Мой отец мертв.
— Ты трахаешь Китти? — спросил он.
— Мои дела тебя не касаются. Как я тебе только что сказал, каждый должен заниматься своими делами и не совать нос в чужие.
Он помолчал.
— Ты трахал Толстую Риту?
— Дядя Гарри, ты глуховат? Не слышишь, что я тебе говорю?
— Значит, ее трахал этот ниггер. Иначе с какой стати он договорился о том, что ты получаешь тысячу долларов для Эдди, Ровно столько Эдди мне и должен, — Эдди сказал мне и Бадди, что мой отец дал ему две тысячи, чтобы он мог начать торговлю сельтерской. Бадди говорит, что я имею право на партнерство в бизнесе Эдди.
— Я бы сделал тебя своим партнером, когда бизнес Эдди перешел бы ко мне, — пробурчал дядя Гарри.
— Неужели, Гарри? Ты пытался заграбастать бизнес Эдди всего лишь за тысячу долларов, которые он тебе задолжал. И ты никогда не говорил мне о том, что мой отец давал Эдди деньги.
— Я просто забыл. Но обязательно сказал бы, когда торговля сельтерской перешла бы ко мне, — солгал он.
Я пожал плечами.
— Вопрос закрыт. Мы все можем приниматься за работу.
— Хорошо. — Гарри смирился с неизбежным. — Толстая Рита в порядке? Может работать?
— Да. Она счастлива.
— Я прибавлю ей два доллара в неделю. А как насчет Бадди? Он по-прежнему будет охранять тебя?
— Сказал, что будет.
Гарри посидел, глядя на стол.
— Надо сменить стекло. Я молчал.
— Оно стоит пятнадцать долларов. Я молчал.
Гарри поднял голову и посмотрел на меня.
— С чего ты решил, что Эдди не попытается обдурить тебя? Он же игрок. А таких может исправить только могила Что бы он ни говорил тебе, Эдди по-прежнему будет играть. Рано или поздно попадет в такую же передрягу, и ты останешься без гроша. В городе полно букмекеров, которые с удовольствием возьмут его деньги.
— Денег у него больше не будет, — ответил я. — Толстая Рита будет забирать их и класть в банк. Я попросил Китти проверять расход и приход, и я буду получать свою долю каждый месяц. Его доля будет оставаться у Толстой Риты.
Дядя Гарри одобрительно кивнул.
— И в кого ты такой умный?
— Я не такой уж и умный. Просто учусь у тебя.
В воскресенье киоск не работал. И в первый же выходной я поехал в Бруклин, взглянуть на гараж Эдди, где тот держал грузовичок и оборудование для розлива сельтерской. Я хотел, чтобы Китти составила мне компанию, но мать пригласила ее к себе. Поэтому я отправился один.
По дороге к станции подземки столкнулся с Бадди, пригласил его поехать со мной, но он ответил, что его ждут в церкви. Каждое воскресенье после службы он собирал пожертвования.
Я рассмеялся.
— Вот уж не подозревал, что ты такой набожный. Бадди улыбнулся.
— Собирать пожертвования — благое дело А кроме того, пастор дает мне десять процентов от собранного.
— Это большие деньги? — полюбопытствовал я.
— Не очень. Примерно десять долларов каждое воскресенье. Но есть еще один плюс. Я знакомлюсь со всеми девушками. Их родители доверяют мне, потому что я служу Господу.
— Ты не докучаешь девушкам?
— Бывает по-разному. — Он улыбнулся. — У нас с пастором договоренность. Я не бегаю за его пассиями, а он — за моими. — И, хохоча во все горло, Бадди двинулся дальше.
Эдди и Толстая Рита ждали меня на станции подземки. Эдди явно нервничал. До гаража, располагавшегося в нескольких кварталах от станции, мы дошли пешком. Мы двигались по длинной улице, застроенной одноэтажными зданиями. Как я понял, складами или маленькими фабриками. В ворота гаража с трудом мог протиснуться небольшой грузовичок.
