Одной из таких огромных яхт-курортов и был «Полумесяц». Принадлежал он принцу из Саудовской Аравии. Само по себе это ни о чем не говорит: принцев там пруд пруди. Насколько могла судить Саския, этот принц — Фахд бин Талаль — был не из тех, кто часто бросает кости журналистам. В длинной белой дишдаше, с красно-белой куфией, дополненной темными очками с позолоченной оправой, он встретил Саскию у сходней в сопровождении полудюжины слуг в форме и вручил ей букет, а затем сопроводил на свою яхту, где уже ждала женщина, готовая принять букет, чтобы Саския не мучилась вопросом, куда его поставить. После краткой обзорной экскурсии Саскию проводили в королевскую каюту — по крайней мере, выглядела она как королевская! — и представили ей целую фалангу стюардов, лакеев, горничных, готовых мгновенно откликнуться на любое ее пожелание.
Для королей и королев подобные вещи не в новинку. Однако нидерландская монархия от этого давно отказалась, и Саския чувствовала, что на норвежской экояхте ей было бы уютнее.
За всей этой суетой где-то потерялся Микьель. На вечер никакие мероприятия были не запланированы. Саския сполоснулась, переоделась и вышла на палубу, заранее готовясь к новой серии изнурительного гостеприимства. Микьель отправил ей селфи — намек, где его искать. Солнце уже опускалось за горизонт, когда Саския обнаружила его в одном из баров на открытом воздухе, возле бассейна. Для чего, спрашивается, плавательный бассейн на яхте, которая и так плывет по воде? Быть может, только для того, чтобы рядом с ним устроить бар. Так или иначе, Микьель, заселившийся в чуть менее царственную резиденцию, сидел сейчас в гавайской рубашке и белых слаксах, наслаждаясь коктейлем на пару с еще одним молодым человеком — совсем без рубашки, еще красивее и невероятно похожим на…
При виде Саскии он поднялся с места.
— Добрый вечер, мэм, — проговорил он. И на случай, если она его не узнала, добавил с улыбкой: — Я…
— Жюль! Ну конечно же! Как я рада снова вас видеть!
Он, кажется, смутился. Микьель, расслабленный и всем довольный, с широкой улыбкой поглядывал на них обоих.
— Вы, должно быть, не ожидали, — снова заговорил Жюль. — Я, видите ли, искал работу по эту сторону пруда, чтобы…
— Чтобы оказаться поближе к Фенне!
Он кивнул, улыбаясь во весь рот.
— В нефтянку или еще что-нибудь такое в Европе трудно устроиться: тут тебе и профсоюзы, и сертификаты, и прочая хрень. Но…
— Нашлась вакансия на яхте. Для приятного во всех отношениях молодого человека, готового стать инструктором по подводному плаванию для гостей.
— Точно, мэм.
— Отлично! Это объясняет…
— Почему Фенна так рвалась помочь вам подготовиться к завтрашнему банкету! — с улыбкой до ушей закончил Жюль.
— Да, буквально напрашивалась. Я-то думала, она ради меня так старается!
— Для всех удачно сложилось.
— А для некоторых еще и не так сложится.
Если для человека с таким сильным и безупречным загаром, как у Жюля, возможно покраснеть — он покраснел.
Сознание, что уже завтра Жюль с Фенной будут трахаться как кролики, словно в старые добрые техасские времена, странным образом подтолкнуло Саскию к мысли, что им с Микьелем нужно успеть первыми. После того как Жюль откланялся и оставил их вдвоем, они заказали ужин и поели вместе у бассейна, в обстановке настолько романтичной, насколько возможно на фоне полуразрушенного советского завода по производству нервно-паралитического газа. Потом отправились в номер к Саскии, сели в «Бивер» и взлетели на небеса. А с утра повторили полет. Немного вздремнув, Микьель вылез из постели и отправился в душ, а Саския накинула один из предложенных гостям халатов, заказала кофе и просто сидела на кровати, утомленная и счастливая, когда раздался стук в дверь.
— Войдите! — крикнула она.
Дверь отворилась; показался официант с серебряным подносом. А прямо за ним какой-то молодой человек. Блондин, красивый, с короткой бородой. Явно не слуга — и кажется странно знакомым. На лицах обоих мужчин читалось, что произошло неловкое совпадение. Блондин вежливо придержал дверь для официанта, отвел взгляд от Саскии и попятился назад, в коридор.
Чтобы понять, кто это, Саскии достаточно было повернуть голову и взглянуть в иллюминатор, на другую сторону пирса. «
Саския встала, прошла мимо удивленного официанта и посмотрела в дверной глазок. Принц Бьерн Норвежский нерешительно мялся под дверью. Когда Саския распахнула дверь, он едва не бросился наутек. Не помогло делу и то, что от резкого движения у нее распахнулся халат. Саския вовремя поймала полу халата свободной рукой и подвязала поясом, пока молодой принц старательно смотрел в другую сторону. На нем был синий блейзер, элегантная классическая рубашка и брюки цвета хаки — и чувствовалось, что где-нибудь в горах на лыжах ему было бы комфортнее.
— Принц Бьерн! — воскликнула Саския.
— Ваше королевское высочество! В прошлый раз мы встречались…
