— Может быть, и так, но агентура засекла ее, и теперь ее заставят ответить на все вопросы. Ты должен это знать.
— Глупости.
— Я знаю Рэндольфа.
— Хорошо, полковник, поговорим с ним иначе.
— Только не по телефону. Он хочет видеть тебя лично.
— Пусть. В четыре около твоего дома тебя и Рэндольфа будет ждать машина. Куда вы поедете и что станете делать — моя забота.
— Он ухмыльнулся, и я понял, о чем он думает.
— Рэндольф, может, захочет взять с собой еще кое-кого.
— Он может взять хоть целую армию, мне плевать.
— Возвращаются старые добрые дни, Тайгер?
— Черт возьми, конечно.
— Мы будем готовы в четыре часа.
Он открыл дверь и, увидев мой взгляд, остановился. На стене висели сувениры далекого времени, голос минувшего — автоматы, ножи, кастеты, — все, чем мы пользовались, прежде чем мир начал медленно сходить с ума. Кое-что из коллекции было его личным оружием. Кое-что — моим. Большинство хозяев оружия остались гнить в Европе, в земле, уцелела только горсточка.
Организация всего, что мне требовалось, не заняла много времени. У Мартина Грейди есть фонды, оборудование и контакты, чтобы получить даже невозможное.
Машина была готова, и на случай наличия у них электронного пеленгатора, передающего сигналы другой машине, имелся глушитель. Две другие машины стояли наготове, чтобы задержать движение, если применят обычное преследование на автомобиле. Я мрачно улыбнулся этим приготовлениям. Мартин Грейди, видно, слишком нуждался во мне и не хотел терять в уличной перестрелке, во всяком случае сейчас.
Между тем у меня впереди был почти целый день для работы.
Томлинсоновский небоскреб был одним из старых, похожих друг на друга зданий в районе сороковых улиц, где размещались театры. Холл как и во всех других домах: лифтер около входа, расписание этажей на стене, целый ряд телефонов-автоматов и три лифта. Около одного из них топтался утомленный человек лет шестидесяти в изношенной униформе; по той клиентуре, которая входила в здание и выходила, нельзя было сказать, что здесь занимались прибыльными делами.
Я осмотрелся по сторонам, потом направился к кабинам, достал телефонную книгу Манхэттена и начал систематически просматривать названия в списке на стене. Это заняло около часа, меня то и дело отрывали, требуя дать телефонную книгу, да и лифтер уже начал посматривать в мою сторону, но, когда я закончил, у меня были выписаны три конторы, чьих номеров не было в книге, зато вывески значились по порядку в списке этажей здания. Это было запрещено, но кто-то сумел обойти правила.
Сквозь толпу в холле я пробился к лифтеру, держа свернутый банкнот в двадцать долларов. Он увидел зеленый цвет и достоинство банкнота, и его настороженное выражение быстро сменилось дружеской улыбкой, когда он жестом фокусника извлек бумажку у меня из пальцев.
— Это слишком много за то, что вы хотите здесь приобрести, но платите вы, мистер.
Я дал ему взглянуть на название контор, которые выписал из книги: «Прадо продактс», «Ф.И. Бессер» и «Фаунтаймс мейл ордерс».
Он кивнул, потом быстро глянул по сторонам и заявил:
— Догадываюсь, что вы не из полиции.
— Скажем, провожу розыск.
— Что, назревает скандальчик?
— Нет, если я вмешаюсь.
— "Бессер" — букмекер. Об этом все знают.
— Почему нет телефона?
— Вы что, смеетесь? У него их там дюжина наверху, но ни одного нет в телефонной книге.
Я мысленно вычеркнул «Ф.И. Бессера» из списка.
— Ну, а двое остальных?
Он сделал озадаченное лицо, потом повернулся и нажал на кнопку. Один из лифтов начал подниматься, а лифтер тихо сказал:
— Ничего о них не знаю. Вижу, как люди приходят и уходят. «Фаунтаймс» получает и рассылает много почты, и я думаю, что тут все законно. Маленькая фирма, старающаяся пробить себе дорогу, вот и все. Маленький бизнес.
— У них тоже нет телефона?
— Они в нем не нуждаются. Им требуется только человек, который таскает мешки с конвертами.
— Осталась «Прадо продактс».
— Тут я пас, мистер. Об этой компании совсем ничего не знаю.
— Компания?
— Конечно. Их там полдюжины сидит, каждую неделю появляются новые. Иногда у них бывают и куколки, тогда посылают коридорного за выпивкой. Я видел, как они приносили с собой несколько раз коробки с пленкой, и хотя не могу сказать наверняка, но они, по-моему, делают там кое-какие пикантные снимки. — Он покосился на меня и добавил: — Там даже дамы бывали и кое-кто из высшего общества.
— Чудесно.
— Иногда и такое случается, — пожал он плечами.
— Контора сейчас работает?
— Нет, ни одна из этих контор сегодня не работает. Никого из них я не видел, а если до этого времени они не появились, то сегодня уже не появятся.
Я ему подмигнул:
— Мне бы хотелось там побродить.
— Это будет стоить вам пятьдесят долларов, — ответил он.
Когда я снабдил его требуемой суммой, он пошел к себе в каморку и вернулся с двумя ключами, которые сунул мне в руку:
— Эти подойдут, если в конторах не вставили новые замки. Только помните: я вас в жизни своей не видел и больше не увижу.
— Ты тоже это запомни, — ответил я ему.
— Конечно, раз это стоит семьдесят баксов. — Он показал на лифт. — Вот на нем и поднимайтесь.
