Женщина повернулась к сцене и, кивнув молодому ди-джею, тут же врубившего музыку, направилась вперед и за ней пошагала девушка в костюме лисички. Лиза повернулась ко мне и, замечая мой показной безразличный вид, подошла к Артуру и проговорила:
– Прости, я… действительно так считала… Я… была уверена, что ты… разрешил…и…
Львов с непроницаемым лицом отчеканил:
– Я не такая скотина, чтобы так поступать! Никогда не был и не собираюсь!
Девушка покраснела и прохрипела:
– Прости, это я во всем виновата… и попросила… Кристи…
Парень хмыкнул и отвернулся, а я поспешно влезла в разговор:
– Лиза, ты иди, мы тебя на улице подождем.
Зелинская опустила голову и пошла вперед, а я стояла столбом, не в силах шевельнутся, пока Соловьев не произнес:
– Кристь, пойдем.
Качнула головой и пошла за ним. Но не сделав и трех шагов, остановилась и буркнула: «Стой здесь», а потом уверенно направилась к Львову. Посмотрела на его застывшее лицо, понимая, что он как никогда зол, и тихо проговорила, в полной уверенности, что даже через музыку он меня прекрасно слышит:
– Артур, я сделала это… чтобы защитить сестру и узнать правду. Знаю, тебе сейчас не нужны объяснения и заверения. Только хочу сказать… за то время, что мы общались, отчетливо поняла, что ты не мог совершить такого подлого поступка. Извини… и прощай…
Проговорила и только сделала направилась к выходу, как услышала:
– И все? Вот так уйдешь?
Повернулась, замечая боковым зрением недовольство Соловьева, и проговорила:
– Артур…
– Не герой твоего романа? Да? – презрительно проговорил он.
Понимала что обижу, но разговор не имел смысла. Да и зачем?
– Сказка закончилась. Прощай, – проговорила, наблюдая, как он на шаг отступил назад, но никак не отразил на лице свои эмоции.
Отвернулась и быстрыми шагами двинулась к своему парню, презирая это заведение, ненавидя свой поганый костюм и предначертанную мне справедливую миссию.
Безусловно, я добилась всего, чего хотела. Думаю, что это дело не оставят в покое… самая отвратительная змея наказа, и выяснили, что Львов ни при чем. Только вот я… чувствую себя дерьмом.
Пока шла, меня трясло. Хотело исчезнуть и все забыть. А еще лучше уехать. Да, надеюсь, мама поймет меня. Тем более я помогла Лизе и все у нее хорошо, теперь родные могут спокойно отправляться в свое новогоднее путешествие, а я не хочу… НИЧЕГО.
«Домой… в Новосибирск. Сегодня же…»
***
31 декабря
Новый год
Сижу на диване в спортивном костюме, сморкаясь в платочек и периодически кашляя. Приехала в пять утра никакая. Уже по дороге поняла, что заболеваю. Редко когда страдаю таким недугом, а тут… все и сразу. Не кашляю, а лаю.
Подружка уже пять раз приходила, в последний раз принесла салат и голубцы, которые сама сготовила, переживая, что я на праздник оголодаю. Было очень приятно, хотя, возможно нужно переживать, ведь это ее первый кулинарный опыт на этом сложном поприще.
Лидка решила отпраздновать со мной, но куда мне, если я только сплю как хорек и ничего мне не нужно, если быть честной. Оправила соседку к друзьям, чтобы веселилась с ними в кафе, а я уж как-нибудь с соплями и лимонами.
Соловьев, всю дорогу от клуба и пока прощалась с мамой и отчимом, а также с Лизкой, молчал. Саня чувствовал мой настрой и поэтому даже не задавал никаких вопросов ни на какую тему. И как только мы приехали на двух машинах в Новосибирск, урулил к себе, буркнув, что завтра навестит.
После того, как выспалась, выпила три кружки чая с малиновым вареньем (бабушка Лиды вообще никогда не отдыхает осенью, трудится за троих на даче), выпила таблетки, которые нашла у себя (надо будет купить), и под сказку «Три орешка для золушки» уснула.
Разбудил меня громкий шум, который отдавался в голове, как колокол в церкви. Поднялась с мычанием и, схватив сотовый, увидела, что звонит сестра.
Посмотрела на время – 23:40, и вздохнула.
Через секунду ответила на звонок, после незапланированного кашля, хрипло проговорив:
– Привет.
– Кристи, как ты ужасно кашляешь! Слов нет! Ты врача вызывала?
– Нет, – буркнула, пультом вновь включая любимую сказку на внешнем жестком диске, так как просыпаю ее уже второй раз.
– Вызови! – посоветовала мне сестренка.
– Ага, он сразу же бросится ко мне… за двадцать минут до Нового года. Прямо пяточки сверкают…
– Ой, точно! А в Австрии только без двадцати шесть, – довольно похвалилась она, радостно намекая, что они уже вовсю отдыхают в одной из красивейших долин Тироля на лыжном курорте. – Лучше бы ты у нас осталась.
– И болела бы в огромном доме…ОДНА. Нет уж! Я дома. Тут и стены помогают.
– Это все твоя дорога, – убежденно проговорила Зелинская.
– Нет, это проклятые туфельки в мороз! – буркнула я, и вновь прокашлялась. Горло внутри прямо раздирало от боли.
– Эхх-х я еще больше чувствую себя виноватой. Прости меня, – почти слезно выдавила Лизавета, вновь начиная извиняться.
– Ты лучше поздравь меня и пожелай скорейшего здоровья, а не беси своими извинениями. Уже все обсудили и решили.
