Девушка выпрямилась, и леди Шарлотта одарила ее очаровательной улыбкой. Те, кто плохо знал величественную даму, сочли бы эту улыбку искренней. Но близкие были прекрасно осведомлены, что на это могут претендовать лишь муж и сын графини.
– Как мне повезло, – протянула тетя Шарлотта, в глазах которой плескался смех.
Виктория смешалась, торопливо коснулась губами дядиной щеки и отошла к камину, где уже сгрудилась большая часть комитета.
– А где Ровена? – Виктория огляделась в поисках сестры.
– У нее разболелась голова, – ответил Себастьян. – Она решила остаться у себя.
– Если бы я выпила пять бокалов шампанского, а потом принялась бегать по жаре как безумная, у меня бы тоже болела голова, – ухмыльнулась Аннализа.
Младшая барышня Бакстон нахмурилась. У Ровены имелись веские причины топить горе в вине.
– Что ж, рад за нее, – буркнул Кит и залпом осушил бокал. – Надо же что-то делать, чтобы притупить скуку.
– Если тут так скучно, зачем ты вообще сюда приезжаешь? – вспыхнула Виктория.
– Я порой сам задаюсь этим вопросом, – огрызнулся молодой человек.
Девушка уязвленно вскинула голову, встретилась взглядом с его умными голубыми глазами, но тут же стряхнула нахлынувшие теплые чувства.
– Мне бы тоже хотелось узнать на него ответ.
– Хватит уже. Прекратите, оба, – вмешался Колин. – Ваши ссоры начинают приедаться, а у нас есть… намного более интересные темы для разговора.
Виктория сделала глубокий вдох и выдох:
– Какие же, дорогой кузен?
– Например, как вам известие, что я поступил в армию? – тихо ответил Колин.
Рядом ахнула Элейн, и Виктория не могла поверить, что все вокруг по-прежнему пьют чай и делятся свежими сплетнями, будто кузен сообщил о какой-то будничной вещи.
– Мать тебя убьет, – категорически заявила Элейн.
Не говоря о том, как воспримет такую новость граф Саммерсет. Впрочем, каждый знал, что, хотя отец Колина порой и мог быть черствым и холодным человеком, опасаться стоило именно леди Саммерсет, ведь одного ее осуждающего взгляда хватило бы, чтобы провинившийся тут же пожалел о своем появлении на свет.
– Как только тебе такое в голову взбрело? – возмутился Кит.
Колин бросил предостерегающий взгляд на вдовствующую графиню Кентскую, которая как раз проходила неподалеку. Молодые люди замерли и разом заулыбались, отчего брови достойной дамы взлетели к старомодному кружевному чепчику, украшающему ее седую голову.
– Прекрасный день, не правда ли, леди Бэрримор? – невинно спросила Виктория. – Совсем как в «Маленькой рыжей курочке».
Выцветшие глаза пожилой графини недоуменно заморгали.
– Вы не в своем уме, дитя мое, – только и сказала она.
– «Все мы тут не в своем уме. Я не в своем уме… Ты не в своем уме…»
– «Откуда вы знаете, что я не в своем уме?» – обиженно переспросил Кит.
– «Конечно не в своем. Иначе как бы ты тут оказался?» – закончила Виктория цитату из самой любимой книги.
Видимо, леди Бэрримор не читала Льюиса Кэрролла, поскольку покачала головой и направилась прочь, цокая языком.
– Зануда, – захихикала Аннализа.
– Что за манеры, – нахмурился Эдвард. – Моя матушка всегда говорила, что вдова Бэрримор – образец добродетели и мы ее недостойны.
– Прекратите дурачиться! – оборвала их Элейн. – Я хочу знать, зачем мой родной брат совершил настолько… абсурдный поступок. Отец тебя убьет. Он так ждал, когда ты окончишь университет и приступишь к управлению имением.
Викторию поразило, как преобразилась обычно шаловливая кузина – в голубых глазах не было и намека на озорное веселье.
– Возможно, поэтому я и принял такое решение, – пожал плечами Колин. – Стоило лишь представить, сколько лет мне придется разыгрывать из себя примерного помещика и какая скука ждет меня впереди, пока все друзья будут преспокойно продолжать веселиться.
– Черт побери, Колин, в армию идут не за весельем! – воскликнул Себастьян.
Виктория покачала головой:
– Когда ты собираешься рассказать дяде и тете? Потому что я хочу вернуться в Лондон до того, как состоится разговор.
– И меня с собой прихвати, – пробурчала Элейн.
– Вы слишком переживаете, юные леди, – отмахнулся Колин. – Поначалу родители, конечно, поднимут шум, но я не сомневаюсь, что со временем смирятся. Я же не на фронт ухожу.
– Придется, если немцы не остановятся, – проворчал Себастьян.
– Так далеко не зайдет, – пренебрежительно махнула рукой Виктория. – В конце концов, кайзера связывают с королевской семьей родственные узы.
Дворецкий объявил, что ужин подан. Леди и джентльмены разбились по парам в точном соответствии со списком и прошествовали к столу.
Викторию так часто усаживали в пару с Китом, что девушка немало удивилась, когда по дороге к столовой ее перехватила тетя Шарлотта.
– Прости, милочка, но, поскольку Ровена будет ужинать у себя, мне пришлось немного перетасовать порядок мест. Виктория, ты сядешь с Колином. Кит, будь добр, проводи к столу Аннализу.
– Наконец-то мне повезло, – галантно заявил Колин, подавая спутнице руку. – Прошу вас, кузина.
Красиво очерченные брови Кита нахмурились, но молодой человек тут же небрежно передернул плечами:
