— Возможно, тебе повезет, и ты будешь спать эту ночь, как ангелочек, — легко согласился он, — а может, и нет. В женской психологии сам черт ногу сломит. Но я тоже сегодня устал, мне пришлось изрядно помотаться по острову в поисках тебя, и я хочу провести эту ночь с максимальным комфортом. На диване пружины врезаются мне в ребра…
— Тогда я уйду спать на диван!
Марат вдруг негромко рассмеялся, подпер голову рукой и посмотрел на нее.
— Неужели ты подумала, что я собираюсь к тебе приставать?
— Ничего я не подумала, — обиженно буркнула Вася, пряча взгляд и отодвигаясь к стенке, освобождая место на кровати.
— Спокойной ночи, — пожелал Марат, поворачиваясь к ней спиной.
В первую минуту она не поняла, отчего ногам стало тепло. Было даже немного приятно, она наконец-то согрелась после ледяной камеры. Но температура поднималась все выше и выше. Вася наклонилась посмотреть, почему же так жарко. Темно-серая масса волной колыхалась в ногах, быстро набухая в объеме, словно дрожжевое тесто и когда она уже добралась до пояса, Вася сумела разглядеть мелькавшие то тут, то там маленькие глаза бусинки, злобно глядевшие на нее.
Крысы! Тысячи отвратительных тварей ползали по ней, норовя забраться под одежду. Она дернулась, делая попытку спастись. Но ноги с трудом передвигались в этой ужасной массе. Крысы, почуяв, что она хочет убежать, начали легонько прикусывать ее за икры. И тут она закричала, отчаянно раскидывая руками маленькие вонючие тела.
— Вася! Проснись! — кто-то с силой сзади тряхнул ее за плечи. Она резко обернулась и открыла глаза.
— Наконец-то, я уж думал, что не смогу тебя разбудить, — с облегчением проговорил Марат, потирая скулу.
— Включи свет, — испуганно прошептала Вася.
— Зачем? — удивился Марат.
— Крысы. По мне ползали крысы, — продолжала шептать Вася. — Они хотели меня задушить.
— Тише, успокойся. Это просто плохой сон. В доме нет ни единой крысы, — ответил Марат, с силой прижимая ее к себе. — Здесь только мы с тобой.
Василиса окончательно проснулась. Затекшие икры продолжало покалывать. Липкий пот неприятно холодил спину. Она с трудом заставила себя расслабить напряженные мышцы. Подробности сна быстро улетучивались, в душе остался только страх и чувство брезгливости.
— Ну, вот и молодец, вот и умница. — Марат продолжал гладить ее по плечу.
Вася на всякий случай приподняла одеяло и как могла, просмотрела под ним все пространство.
— Ненавижу крыс.
— Я это уже понял. Ты так отчаянно с ними сражалась, что чуть не сломала мне челюсть.
— Прости, — без капли раскаяния проговорила Вася. — Тебе надо было лечь на диване.
— И упустить возможность сжать тебя в объятьях? — усмехнулся Марат. — Ну уж нет. Но, если ты настаиваешь…
Вася замолчала. Она лежала, уткнувшись носом в шею Марата, обнимая его за грудь. Их ноги переплелись. Ей было тепло, уютно и больше не страшно. Она сильнее прижалась к нему.
— Прости, — уже виновато повторила она. — Не уходи.
— Не уйду.
Вася с благодарностью закрыла глаза. Он ведет себя со мной, будто мы влюбленная пара. Не каждый мужчина будет так заботиться о своей женщине, подумала Вася, чувствуя, как под рукой размеренно вздымается его грудь.
Захотелось провести рукой по его телу. Пальцы, чуть цепляя волоски на его груди, опустились к животу. Под горячей кожей она почувствовала твердые, как камень, мышцы пресса. Услышала, как он резко выдохнул сквозь зубы, внезапно перехватив ее руку.
— Не стоит меня дразнить, если ты не готова продолжать, — медленно проговорил он. Вместо ответа, она плавно выдернула свою руку, и провела ей по той неширокой темной дороже волос, спускающейся к его паху, от которой еще недавно с трудом могла оторвать взгляд. Он был уже готов.
Какую же выдержку надо иметь, так страстно желая близости, но ни словом, ни жестом не выдавая своего желания. Василиса откинула ставшее ненужным одеяло и уселась на Марата сверху, подразнивая его движением бедер. В темноте она различила его довольную белозубую ухмылку и, не успев и охнуть, как оказалась под ним. Его горячие губы жадно касались ее кожи на лице, шее, груди.
Она целовала его в ответ и никак не могла вдоволь насытится этим новым для нее вкусом сильного мужского тела. Вкусом соли, раскаленного песка и загара. Вкусом дубленной кожи, крови и оружейной смазки. Вкусом дорогого парфюма, виски и горького шоколада. И только когда наслаждение достигло вершины, губы ее раскрылись не для поцелуя, а для сладкого вскрика, вторя утробному стону Марата.
Василиса сладко уснула, прижавшись спиной к его груди, крепко держа его руку. Он же еще долго лежал без сна, смотря в темноту, прислушиваясь к своим чувствам.
— Ты должен уйти, — заявила Вася. Едва проснувшись, она тут же растолкала Марата.
— Почему? — сонно откликнулся Марат.
— Уезжай. Сейчас же. Тебе не нужно быть здесь со мной. Наше деревенское приключение закончилось. Пора возвращаться в реальный мир.
— Реальный мир? — переспросил Марат. — Прошедшая ночь была более чем реальна.
— Ты не понимаешь, — с досадой сказала Вася. — Я совершила ошибку. Мне не следовало идти на поводу своего настроения.