Нагреватель продолжал раскаляться. Готовясь расплавить и вторую тетиву.
Затем раздался очередной грохот, ещё громче, и лук, подпрыгнув над столом, полетел в потолок. Расплавленные ошмётки тетивы на его концах продолжали гореть, создавая иллюзию танцующего в воздухе пламени.
— Выключай… — скомандовал Юкава. — Кусанаги!
Спохватившись, Кусанаги вытащил штепсель из розетки, и Юкава осторожно оттащил ещё горячий нагреватель остужаться под воду в раковину.
— Так вот что значили все эти шаровые молнии… — пробормотал Кусанаги. — За ночь до инцидента Ядзима проводил свой последний эксперимент, который и подглядела маленькая Акихо?
— «Залысина» на ковре в номере отеля, скорее всего, ожог от упавшей тетивы. А ещё, — добавил Юкава, показывая на шею манекена, — взгляни-ка сюда.
На пластмассовой шее макета образовался тонкий глубокий шрам. И образовался он не от сдавливания, а именно от перетирания.
— Как ты сейчас наблюдал, когда лопается вторая тетива, лук больше ничто не сдерживает в согнутом состоянии, он резко расправляется и взмывает в воздух. Вместе с фрагментом тетивы, которым была обмотана шея. Именно это трение и оставило след.
— Так вот что случилось с шеей Ядзимы?
Кусанаги опустился в стоявшее рядом кресло. Все элементы головоломки наконец-то сошлись воедино.
— Ну, а ты как думаешь, сержант Кусанаги? — спросил Юкава. Улыбка в уголках его губ говорила о том, что он очень доволен успешно проведённым экспериментом.
— Но постой. Ведь в номере отеля не было никаких устройств или приспособлений!
— Само собой, их уничтожил его сообщник. На самом деле прибраться было несложно. Тот же лук можно разобрать на три части и легко спрятать в спортивной сумке.
— Значит… был ещё и сообщник?!
— Наверняка. Вероятность — девяносто девять и девять десятых процента.
Кусанаги задумался. В принципе, заявиться в тот отель среди ночи можно и правда никем не замеченным. А Ядзима заранее продумал, куда он спрячет ключ от номера. Сообщник находит ключ, поднимается в номер. И, стараясь не прикасаться к покойнику, заметает все следы содеянного. По окончании «уборки» спортивная сумка Ядзимы остаётся пуста, и сообщник набивает её принесёнными с собой папками с документами…
— Значит, сообщник — Такако?
— Ты думаешь?
— А ты нет?
— Я думаю, Тадааки Ядзима не сообщал жене напрямую о своих планах. Как правило, потенциальные самоубийцы боятся, что их начнут останавливать.
— Но тогда… Тот старый ворчун? — В памяти Кусанаги промелькнуло лицо Ёсино Сакаи.
— Скорее всего. Подозрительнее всего то, что его алиби самое безупречное.
— Так… Ну, хорошо! — сказал Кусанаги и встал. — Юкава! Ты смог бы показать этот эксперимент ещё и моему шефу?
— Если нужно — почему нет?
— Ещё как нужно, — вздохнул Кусанаги и зашагал к выходу.
Рассказ Кусанаги поверг начальника отдела Мамию в полное изумление. Потрясён был не только их отдел; сотрудники из соседних участков тоже лишь об этом и говорили.
Биография Ядзимы вскоре была тщательно изучена. Как и догадался Юкава, Тадааки, начиная со студенчества, посвятил стрельбе из лука почти десять лет. А проверка местного магазинчика принадлежностей для лучников показала, что он не раз покупал там материал для изготовления тетивы.
Однако на этом следствие встало. Никаких прямых доказательств того, что действо, показанное в эксперименте Юкавы, и правда случилось в отеле, найти не смогли.
Да, у работников «Ядзимы-Когё» действительно были собраны для этого все необходимые инструменты: и нагреватели, и таймеры, и электрические шнуры. Но само наличие у них инструмента ещё не делало их преступниками.
Следователи злились, но в итоге лишь тратили время зря.
Через месяц после инцидента Кусанаги навестил Юкаву в лаборатории впервые после проведённого эксперимента.
— Стало быть, следствие всё же уткнулось носом в песок? — подытожил Юкава, выслушав рассказ Кусанаги.
— Да как сказать. Просто на этом наша работа заканчивается, и дело передают Второму отделу.
— Вот как? И всё потому, что это дело о махинациях со страховками? — уточнил Юкава, вглядываясь в экран компьютера. Запутанная цифирь, бежавшая по экрану, для Кусанаги всегда была тёмным лесом. — А сам лук так и не нашли?
— Дома у Ядзимы, в кладовке, нашли от него футляр. Но сам лук исчез. Наверное, Сакаи его уничтожил. Всё-таки на нём могли оставаться какие-то следы.
— Всё продумали, до мелочей. Вот что значит настоящая осторожность! — удовлетворённо заметил учёный.
— Одного в этом деле я так и не понял, — сказал Кусанаги. — Степень участия Такако Ядзимы. Неужели она и правда была непричастна к самоубийству мужа?
Насчёт Такако также провели дополнительное расследование. Но не нашли ни одной улики, которая доказывала бы её соучастие.
— Прямого участия, наверное, не принимала. И всё-таки её вклад был немалым.
— Вклад? — Кусанаги непонимающе посмотрел на Юкаву. — В каком смысле?
Крутанувшись в кресле, Юкава развернулся к Кусанаги лицом.
