Амбулаторное обследование должна проводить комиссия, но так уж повелось в последний год, что два профессора, вместе с молодым психиатром входящие в ее состав, вполне доверяли коллеге и предпочитали проводить время не в каменных мешках кабинетов, а на дачах. Хильда не сомневалась, что остальные «мертвые души» комиссии подпишут заключение даже не читая.
В общем, Хильда в очередной раз грубо «сфолила» и отпустила девушку. Вернее, сдала ее сопровождавшим сотрудникам милиции.
А через два дня появился Кирьянов.
Не интересовавшаяся политикой Хильда была удивлена тем, какую головокружительную карьеру успел сделать этот человек, превратившийся из серенького «секретчика» в народного депутата, председателя какого-то там комитета и владельца новенького «линкольна».
— Здравствуйте, Хильда Арвидасовна. — Он появился на пороге кабинетика, который Хильда делила еще с двумя врачами, — улыбающийся, словно бывший одноклассник, решивший сделать сюрприз.
— Здравствуйте, Алексей Владимирович, — в тон ему ответила Хильда, не ответив, однако, улыбкой.
— Здравствуйте, — переступая порог, обратился Кирьянов к остальным и тут же словно бы спохватился: — Хильда Арвидасовна, а вы уже чай пили?
Хильда поняла намек, но не могла отказать себе в удовольствии съязвить:
— А мы чай прямо здесь пьем.
На мгновение губы Кирьянова сжались и лицо приняло обычное — жесткое — выражение, но щеки тут же снова разъехались к ушам.
— Тогда позвольте предложить стаканчик компота с булочкой. Очень у вас в кафетерии замечательный компот и особенно булочка.
— Компот — это серьезно. — Хильда поднялась, мельком взглянув на часы.
Разговаривали они в машине. В новеньком «линкольне» Кирьянова. Алексей Владимирович не стал тратить время на общие фразы и вопросы о здоровье, а сразу перешел к делу:
— Я прочитал ваше, с позволения сказать, эссе по делу Климовой. Интересная работа, профессиональная и творческая.
— Что, произвела впечатление?
— Да, признаться, впечатляет. Меня.
— А судью?
— А до судьи эти вдохновенные строки не дошли. Я их изъял.
— Вот как?
— Да. Я, видите ли, давно уже собираю ваши опусы в большую папку. Довольно толстая уже получается папка…
— Собираетесь издать под своим именем?
— Упаси бог. Издавать что-либо под своим именем я не собираюсь. Мне, если честно, было бы даже спокойнее, если бы ваши творения остались неопубликованными, тем более что многие дела, к которым вы приложили руку, имеют отношение и ко мне.
— То есть?
— То есть: что есть — то есть. — Кирьянов вскинул руки. — Да нет, что вы! Я не трогал Климову. Эта женщина не в моем вкусе, тем паче я не люблю брать что-то силой. Просто случай произошел у меня в квартире. В мое, правда, отсутствие, но очень не хочется все это объяснять в ходе слушания.
— Ах вот оно что… Проще было найти стрелочницу?
— Ну, тоже мне, понимаешь, Анна Маслова!
— Анной была Каренина, а Маслова, к сожалению, Катя.
— Тем более. Тем более что Толстого я не люблю со школьной скамьи. Лев Николаевич, кажется?
— Лев Николаевич, — кивнула Хильда. — А я, судя по всему, попала в точку? Кем же, если не секрет, приходятся вам бедные потерпевшие?
— Попали, Хильда Арвидасовна. В самую точку. — Вздохнув, Кирьянов включил кондиционер. — А насчет потерпевших… Самое забавное и обидное, что это случайные люди, вероломно воспользовавшиеся моим гостеприимством…
— Немаленькая, должно быть, квартирка у вас, Алексей Владимирович, если вы даже понятия не имеете, что в ней происходит.
Кирьянов пропустил шпильку мимо ушей и вернулся к прежней теме:
— Если бы вы только знали, с какой педантичностью вы в эту точку попадаете каждый раз! — Он повернулся к собеседнице. — Ей-богу, даже жутко становится, как человек играючи читает твои мысли! Вы и с чертежами оказались правы, и когда…
— А вы ведь не знали, кто их взял? — перебила его Хильда.
Кирьянов усмехнулся.
— Да-а, Хильда Арвидасовна, в проницательности вам не откажешь, — покачал он головой — Признаюсь, не знал. Но выяснилось, что вы были правы…
— Как же это выяснилось?
— А вы любопытны. — Кирьянов опять покачал головой. — Но, если хотите, я скажу вам правду. Это выяснилось при помощи телефонного справочника. Вернее, двух справочников.
— В смысле?
— Ага, есть для вас еще тайны! — Кирьянов торжествующе поднял указательный палец, но тут же снова стал серьезным. — У нас не было иного выхода, как поверить вашему заключению. Указанного вами человека привязали к стулу и били по ушам двумя телефонными справочниками, задавая один и тот же вопрос.
— И?..
— И били до тех пор, пока он на этот вопрос не ответил.
— Вопрос, я так понимаю, был до безобразия прост. Что-то вроде «где чертежи?».
— Снова в точку.
Несколько минут они сидели молча. Первой нарушила молчание Хильда:
— Зачем вы мне все это рассказываете? Что вам нужно?
— Ваша помощь.
— То есть?
— Ваша помощь в подобных ситуациях. Анализ, заключения, если возможно — прогнозы. Работы очень много, а специалистов почти нет. А вы, Хильда Арвидасовна, очень хороший специалист. Для вашего, извините за бестактность, возраста, вы просто гений.
— Короче, вы предлагаете мне отправлять людей на стул?
