— Чушки! — ругнулся парень и дернул под сиденьем какой-то рычаг. Спинка сиденья рухнула под весом двух пассажирок, и они провалились в глубь салона. Перегнувшись через них, водитель захлопнул дверцу и погнал машину к выезду со двора.
Только теперь Валя вспомнила, кто этот парень. Это был Сергей, таинственный детектив, навещавший их на даче Насоныча. Как он оказался здесь? Когда Ольга успела посвятить его в их план? Ох, не все тут просто! Темнит подруга, говоря, что видела этого парня в кафе впервые в жизни, ох темнит…
Но главное, они живы!
Если бы педаль акселератора опускалась до самого асфальта, Макс вдавил бы ее в асфальт. Он выжимал из своей старушки все силы, но ему по-прежнему казалось, что телеграфные столбы мелькают недостаточно быстро. Время от времени Макс хлопал по приборной доске: не врет ли спидометр?
Встречный поток воздуха норовил открыть правую дверцу, помятую после столкновения с грузовиком и теперь просто подвязанную веревкой к ручке задней двери. Израненное железо жалобно скрежетало. Теперь ко всем неприятностям еще и ремонт. А все из-за такой ерунды! Не подлил вовремя тормозной жидкости в бачки. Хорошо еще, машину развернуло, а то снесло бы ему голову раньше времени…
Вспомнив об аварии, Макс на всякий случай проверил тормоза. Нормально. А то скоро Подольск, там машин будет побольше и рисковать уже не стоит.
Да, визит в город Чехов можно считать неудачей. Надо было в самом деле ограничиться звонком. Хотя что теперь решает эта загородная прогулка?
Макс довольно быстро выяснил, что семья Климовых переехала по обмену в подмосковный Чехов. То ли просто хотели переехать, то ли мнительный глава семьи считал невозможным оставаться на прежнем месте, где все вокруг знали о позоре, павшем на их честное имя. Эти подробности Макса не интересовали. Ему нужно было добраться до Ольги. Он не сомневался, что родители в курсе, где она: высчитать, что Ольга уже полгода как на свободе, не составляло труда.
В действительности все оказалось иначе. Нет, Ольга, судя по всему, освободилась. Но вот родителям о ней ничего не было известно. Да, она звонила как-то, под Новый год, но отец бросил трубку.
Да, звонила по междугородней.
Вот и все, что Максу удалось узнать от Ольгиных родителей. От ее бывших родителей.
Искать Ольгу в Москве вот так, без единой зацепки, кроме паспортных данных, не имело смысла. А единственной зацепкой были те самые буклеты. Тираж — две тысячи. Издатель — какой-то благотворительный фонд. Они появились в клинике впервые, хотя изданы еще в прошлом году. Листок с письмом вложили в каждый экземпляр — чтоб уж наверняка. Все это были детальки одной головоломки, которую необходимо решить. И Макс не сомневался, что ему это под силу.
В письме упоминалась Карина. Макс ее помнил. Черненькая такая, глазастая. Без тормозов была девчонка, на все соглашалась. Макс даже сделал для нее исключение, встретился с ней дважды. Но… Даже если она еще в Москве, что вряд ли, найти ее будет сложнее, чем Ольгу. Имя на сто процентов выдуманное, все остальное — тоже туфта. У того кабака, где он ее снимал, она давно уже не появляется. Можно, конечно, попробовать объехать все бордели и притоны в городе, но сколько на это уйдет времени? Да и шансы, говоря по совести, невелики.
А если даже он найдет эту Карину, то не факт, что она в курсе, где искать Ольгу.
Макс мчался вперед. Не исключено, что он еще застанет кого-нибудь в клинике. Выяснить координаты фонда тоже раз плюнуть. Не исключено, кстати, что Климова там и работает. Добрые христиане призрели несчастную девушку, лишенную крова, и родных. Это на них похоже. Живет там в каком-нибудь бомжатнике и отрабатывает свой хлеб, разнося брошюрки или собирая в переходах мелочь на восстановление какого-нибудь несуществующего храма.
Максу не терпелось доехать. Если бы можно было ускорить бег машины, крутя педали, он бы принялся их крутить. Спидометр гонял стрелку от ста двадцати до ста тридцати и обратно, не желая считаться с желанием Макса ехать быстрее.
Впереди вспыхнула зеленая искорка светофора. Макс нервно раскачивался взад-вперед, пытаясь методом барона Мюнхаузена подтолкнуть машину.
Зеленый огонек предупредительно замигал, но до перекрестка оставалось всего ничего — вполне можно проскочить на желтый, и Макс полетел вперед.
Справа из-за какого-то куста вынырнул гаишник и замахал своей полосатой палкой, требуя, чтобы Макс остановился у обочины. Макс с досадой отпустил газ и нажал на тормоз.
Дорога была пустой, и не имело смысла мудрить с перестроением. Макс просто направился к гаишнику, на ходу сбрасывая скорость. Когда он почувствовал неладное, светофор уже сменил зеленый сигнал на бордовый, и на перекресток с натужным ревом выехал загруженный под завязку трубовоз.
Макс не сразу понял, в чем дело.
Гаишник соображал быстрее и метнулся в сторону, уворачиваясь от несущейся на него машины. В последний момент Макс понял, что тормоза отказали, и попытался вырулить на перекресток, надеясь разминуться с трубовозом.
