— Наш опекун в то время был связан с той самой бандой в Нью-Йорке, к которой ты меня отпустил, когда мы только начинали работать. Он использовал прикрытие приемной семьи, чтобы продавать детей банде в качестве наркокурьеров, потому что большинство из них пропадали без вести, и никому не было дела до их судьбы. Но Лира — Блэйк — была нужна ему и его друзьям не только для этого. В ту ночь, когда она умерла, она сидела на коленях у Николаса, — я сглатываю желчь, поднимающуюся в горле. Я был так чертовски слаб тогда, так чертовски бесполезен. — Она боролась с ним, откусив кусок от его уха, и в отместку он перерезал ей горло.
Молодой хакер вздрагивает, сглатывая.
— Николас Уилсон? Брат Скотта Уилсона?
— Да.
— Ты искал Николаса, когда отправился в Нью-Йорк, чтобы отомстить, — это не вопрос, а утверждение. Он говорил мне не начинать войну, но я отправился именно с таким намерением. Вот только Николас был уже мертв, а вместо него я нашел Хоука.
— Да.
— Это ты убил Николаса, Энцо? — спросил Габриэль.
— Нет. Кто-то другой добрался туда раньше меня.
Габриэль медленно кивает, глядя на экран своего ноутбука.
— Нью-Йорк — это место, где ты нашел мужчину, с которым ты сейчас. Хоук, не так ли?
Я прищурился на него, глядя на человека, который был мне братом, даже без общей крови, и ощутил мощный прилив желания защитить тех, кого я люблю, даже от него. Я всегда старался, чтобы их общение было минимальным, но я понятия не имел, как он установил связь.
— Мне плевать, что ты делаешь и с кем, Энцо, — вздыхает Габриэль. — Я давно тебя знаю, давно присматриваюсь к тебе, чтобы не понимать твоих секретов. Но ты забрал Хоука из Нью-Йорка, когда не получил того, что искал.
— Он приехал добровольно.
— Ты знаешь, кто его брат?
— Его брат мертв.
— Я уверен, что вы оба так думаете, но сейчас я говорю тебе, что брат Хоука не умер, и ни он, ни Скотт никогда не прекращали поиски.
— Поиски Хоука?
Это не имело смысла. Скотт позволил мне взять Хоука в качестве мирного предложения. Даже тогда у меня была репутация и гораздо меньше сдержанности, поэтому они знали, что не победят меня.
— Не Хоука, — Габриэль смотрит мне прямо в глаза, его челюсти сжимаются, выдавая ярость. Впервые я не мог понять, что творится у него в голове. — Тэлон отследил Лиру. Нашел ее больничные записи и передвижения с того времени. Она тоже была в Нью-Йорке. А потом несколько раз сменила имя, прежде чем стать Блэйк Сент-Джеймс. Она умело заметала следы, но информация у нас есть.
— Покажи мне, — требую я, двигаясь к открытому ноутбуку.
— Она была в Нью-Йорке, Энцо, — говорит Габриэль, останавливая меня. — Когда Хоука забрал Скотт, она была там. Они ищут не его, — от его намеков у меня по спине пробегают мурашки. — Когда Тэлон начал копаться в истории, оттуда пришло несколько уведомлений, которые он не смог остановить. Им нет дела до Хоука, потому что они ищут Блэйк.
Мой большой палец проводит по шраму на ее горле. Его грубая текстура говорит о том, с какой жестокостью он был сделан.
— Четырнадцать, — шепчет она. — Мне тогда было четырнадцать.
Ее глаза по-прежнему закрыты, тело расслаблено под простынями.
— Никто не должен пройти через то, что прошла ты.
— Энцо рассказал тебе об этом? — глаза девушки сонно открываются, и я убираю руку.
— Он действительно думал, что ты умерла, Блэйк. Он ушел, потому что не мог этого вынести.
Она кивает.
— Теперь я это знаю.
— Ты все еще злишься на него?
— Думаю, я больше злюсь на себя. Я должна была раньше понять, что он меня не бросит, но я была ребенком и не совсем руководствовалась логикой в своих решениях и мыслях. Я держала ту боль в сердце, чтобы не злиться на прошлое.
— И что теперь?
— Я все еще злюсь на прошлое. На то, что было украдено, но я не могу злиться на то, к чему оно меня привело. Забавно, как устроен мир.
— Мы не можем решать свои судьбы, — говорю я.
— Нет, я в это не верю, — она проводит пальцами по шраму на моем лице, нежно прикасаясь к нему, и ее глаза смягчаются. — Я верю в то, что мы сами создаем себя, и именно наши решения приводят нас туда, куда нам нужно. Если бы я не была безрассудной девчонкой, я бы никогда не последовала за теми слухами, которые привели меня сюда, к тебе и к нему.
— Ты правда веришь, что все это — простая случайность? Что она привела тебя к нему? Ко мне? — я покачал головой. Может, я и не верю в сверхъестественное, но иногда, в таких ситуациях, задумываешься: насколько мы сами вершим наши судьбы? — Думаю, жизнь дает нам то, что нужно. Называй это как хочешь — судьба, предназначение, — но ничего не происходит случайно.
— Посмотри на себя, — поддразнивает она. — Такой мечтательный.
Я хихикаю и перекатываюсь, ложась на ее тело. Ноги девушки раздвигаются, и я опускаюсь между них. Мой член твердый и давит на ее обнаженную киску.
Она поднимает бровь.
— Нам, наверное, пора вставать. Мне нужно в город. Я оставила сумку на вокзале и хочу проверить, не украл ли ее кто-нибудь.
— Оставь ее, мы купим тебе новые вещи, — уговариваю я, проводя губами по ее шее.
