С этими словами я протянул Велу свой фолиант. Сначала он открыл его без интереса, но, прочитав на первой же странице посвящение, гласившее: – "Самому талантливому фехтовальщику империи Роантир, благородному дворянину из Роанта, Велименту фрай-Миелту от мастера мечей Веридора, прозванного друзьями Мерком. В знак искреннего уважения и исключительно с целью дальнейшего совершенствования его превосходного мастерства. Веридор Мерк.", – заметно оживился.
Надпись была сделана моей рукой, но её текст был предложен Бэкси, которая надеялась, что таким образом я сразу же смогу расположить Вела Миелта к себе. Вся эта затея, связанная с передачей охотникам Хальрика моего трактата о боевых искусствах и самосовершенствовании, была целиком спланирована Бэкси, которая при этом, явно, преследовала какие-то свои собственные цели, хотя я никак не мог взять в толк, какие цели могут быть у искусственного существа, чьим телом был мозаичный кристалломозг, спрятанный в недрах моего космического корабля, да, и тот она делила пополам с Нэксом. Поскольку Нэкс отнёсся к этой затее хотя и без особого интереса, но всё же не стал опровергать доводов моей мамочки, то я пошел на поводу у Бэкси и теперь безропотно выполнял все её строгие наставления и рекомендации.
Первоначально Бэкси планировала использовать в качестве проводника моих идей, изложенных в трактате о боевых искусствах и различных методиках самосовершенствования, почерпнутых мною в десятках миров, исповедующих эти дисциплины, капитана Реда Милза, решившего непременно поступить в отряд охотников. Все доводы Бэкси в пользу Реда, высказанные ею мне сегодняшней ночью, я безжалостно разгромил в пух и прах. На мой взгляд, единственным человеком в пределах всего острова Равел, способным понять, о чём именно идет речь в моем трактате, был один Велимент Миелт, в заднице которого острой занозой засело вчерашнее поражение на дуэли, обернувшееся его демонстративным выходом в отставку. Мотивировки Вела Миелта и его менталитет были гораздо более серьёзным аргументом в его пользу, нежели романтическое увлечение Реда Милза.
Моё посвящение на толстенном фолианте Вел прочитал со смущением, но зато он с гораздо большим интересом принялся его перелистывать, а когда дошел до мастерски выполненных Бэкси рисунков, показывающих различные приемы рукопашного боя, то тут же забыл о всех своих огорчениях. Подлинник трактата хранился на "Молнии", в виде множества мнемокристаллов, видеофильмов, компьютерных файлов и аудикристаллов, на которые я наговаривал свои мысли, а также в форме заметок, сделанных на других носителях информации, вплоть до блокнотов и записных книжек и включал в себя даже длинные, ветхие рулоны древних рукописных свитков, похищенных мною из монастырей на Дорке и не менее древних книг, купленных у антикваров на сотнях миров галактики. Бэкси, которая интересовалась этими делами больше Нэкса, обобщила все выделения, сделанные мною, и свела их воедино. Я даже не стал просматривать трактат, поскольку и без того неоднократно обсуждал его написание с Бэкси во время долгих космических перелетов от одной станции наблюдения к другой.
Затея Бэкси не казалась мне ни глупой, ни опасной. Наоборот, всё могло получиться просто замечательно. Галан, по сравнению с отрядом охотников мастера Хальрика, жил сытной и ленивой жизнью. Если уж и есть на Галане группа людей, которые способны до умопомрачения таскать тяжести, отжиматься на брусьях и часами тренироваться в стрельбе из тяжелого лука и арбалета, то это были охотники на зеленых барсов. Тем не менее, не смотря на все колоссальные усилия, их физическая подготовка всё равно оставляла желать лучшего. По мнению Бэкси, мой трактат как раз и мог оказать содействие формированию новой военно-философской доктрины, способной в короткие сроки продвинуть Галан вверх по исторической лестнице.
Пока я сделал заказ официанту, пока ждал жаркое с овощами под острым соусом, пока с аппетитом съел его, у Вела была возможность перелистать чуть ли не треть книги, состоящей более чем из полутора тысяч листов тонкой, плотной бумаги, исписанных с двух сторон каллиграфическим, ровным почерком и снабженных массой изящных иллюстраций. Быстро управившись с сочным, горячим мясом, я запил его бокалом "Старого Роантира" и, забрав книгу из рук Миелта, указал ему на футляр и громким голосом сказал:
– А это тебе, дружище, второй подарок от мастера Веридора Мерка. Посмотри-ка на то, что находится внутри.
Миелт с большим усилием поднял футляр-сундук с пола и положил его на соседний стол, с которого официант едва успел убрать вазу с фруктами и открыл крышку. Первое, что он увидел, были шесть дорканских мечей различного размера, прикреплённые зажимами к гнездам в крышке, обшитой изнутри чёрным бархатом. Миелт с трепетом взял самый большой меч, вынул его из ножен и увидел, что сталь клинка имеет характерный морозно-синий цвет. Вложив меч в ножны, а затем в гнездо и закрыв крышку футляра, Вел повернулся ко мне и недоуменным голосом спросил:
